* Алмазный фонд отечественной литературы — только в интеллектуальном андеграунде, поверх барьеров заскорузлой антихудожественной подцензурной книгоиздательской системы
Яков Есепкин
Пергамские стансы
Под наперстками иглы вонзает в рядно Сквозь имперскую платину зарев, Поелику нам было изведать дано И всемилость, и гнев этот царев.
Тяжек он и неможно его перенесть, Но терпи, венцеизбранный брате, Значит, будем одесно с алкеями есть, Водку сладкую пить на карате.
Вижди блюда царские и вина вдыхай, Ароматы сие благовонны, Меж смурными безумцами тенью порхай, Где стульницы от лядвий червонны.
Там горят черносливы о нежной икре, Здесь тунец розовее стерляди, Преядают царевны в чумном серебре, Им трапезу сервируют бляди.
Я молчал дольше Бога и горше, сейчас Время речь, паки розные термы Излучают бессмертие, где Комитас, Розы вьет пусть слезой Даздрапермы.
Се и стали бессмертные, мертвым легко Воевать с юродными купцами, Что летают валькирии днесь высоко, Над алмазными рдятся венцами.
Залетайте-ка нощно к свечному столу, Много ль вы погубили одесных, Вместе будем травиться, не Дант ли в углу Спит и видит альковниц чудесных.
Фри успенные пудрами серебро бьют, Мел восковием красят, уловки Их опаснее смерти, кого не вспеют, Жечь ему льдом чрез кровь сервировки.
Русских Лиров с небесным огнем не сыскать, Всё привратники либо холопы, И воителям славы не должно алкать, Не порфиры в ходу, а салопы.
Погибает всечасно, кто Богом любим, А мирские потравы излишни. Мы с тобою еще со столов доедим Те гнильцой золоченые вишни.
Нам объедки опричнины в топкий закат Поднесут, в тьму загробных сияний, Пусть булаты сверкают у призрачных врат И не жаждет никто подаяний.
Ибо смертная гнилью горя полоса, Леденеющей тканью закатной, Переливные наши прожгла голоса Кровотока струей невозвратной.
* «После Серебряного века последовало выжженное литературное столетие, сгорели на корню и возможная литература, и литературоведение с критикой заодно. Отдельные персоналии существовали, их системно загубили. И вот в этой пустыне Тартари возникает фата-моргана, миражный силуэт Гения. Как его могли встретить маргинальные приспособленцы? Только равновеликой ненавистью. Если бы Есепкин написал только «Космополис архаики», его имя навечно вошло бы в пантеон, зал славы русской словесности. Но он воздвиг грандиозное литературное сооружение с алмазным венечием.»
Из статьи Эда Тарлецкого «Маргинальный книгоиздательский альянс против гениального художника»
* BB-Код нужен для вставки ссылки в сообщении, на данное произведение: в форумах, журналах, блогах, на нашем сайте, и везде, где есть возможность вставки BB-кодов.
