Меж топким одиночеством и мной Видны уже, как трещины, зазоры. И бегают по ним страстей курсоры, Ведомые вернувшейся весной,
Которая стоит, но смотрит так, Что закипают сонные болота, Где я брожу, святая простота, С фаянса дней счищая позолоту!
Кремовые дни
Зимний день бывает винным, Если солнце в пьяной дымке Улыбается сквозь ветки, И спокойно, и хмельно!
И зеркальным он бывает, Если солнце блещет светом Белым, Словно отражая И леса, и небеса!
А когда в пылинках снежных, Алых, синих, жёлтых небо, И поэтому похоже На густой и сладкий крем,
То и день бывает кремов, И тогда порой охота, Тыча пальцем в это небо, Крем попробовать с небес!
Строкою севера написаны леса…
Строкою севера написаны леса. За полосою возникает полоса. На полосы ложатся строки, строки... И мхи седые под ногами шелестят, И слёзы, слёзы на глазах твоих блестят, А, значит, скоро кончатся все сроки.
И глушь лесная замолчит опять, замрёт, И напоит раздумчивостью небосвод. А осенью расколется полнеба. И точно так, как горько плачешь нынче ты - Дожди прольются из неясной пустоты, А после будет много зла и гнева.
Не надо, не гневись, запомни этот лес, Что был строкою севера написан здесь На полосах везенья-невезенья, И сроки новые над старыми взойдут, Даруя нам хрусталь сияющих минут В промозглой мгле, безвыходной, осенней.
Стрекочет день…
Стрекочет день. И слишком жарко В траве лежать, смотреть на небо, И видеть, как под парусами Стремится к ночи этот день.
Из ельника ползёт дремота. Кукует сонная кукушка Так далеко, что сонной сказкой Мне кажется всё, что вокруг.
Сверкают искрами стрекозы. За бугорком ручей лепечет. Я всё, что было – вспоминаю – К чему давным-давно привык,
Но тень грядущего видна мне В слепящем мареве июля. Она стоит, как изваянье, И заслоняет мир былой.
Забвение
Моё забвение живёт во вздохах тягостных трясин, В шептанье тихих камышей, в могильно-дягильной отраве. Закатной сталью времена стекают по стволам осин Во мхи, на кочки, в тростники в туманно-голубой оправе.
И – слышу – ты ко мне идёшь, минуя сутолоку дней, Сквозь тихий шёпот камышей, по острой кромке дня и ночи, Из края прошлых снов моих, где мир на счастье не бедней, И где в скрещенье двух лучей нам было – помню – сладко очень!
И ты смелее, чем тогда… и ты прекраснее, милей, Чем было там, когда лучи – и твой, и мой – для нас скрестились... Сплетая радости венок, нежнее всех земных лилей, Идёшь в простор моих скорбей, как чья-то власть, как чья-то милость!
Но тут забвенье восстаёт стеной холодною – до звёзд, И вновь стремится в сердце мне тревога чёрной росомахой. Мерцает прошлого река. Я прохожу над нею мост. Ты, стоя за спиной моей, ссыпаешься в болото прахом...
И гулко зреет пустота в моей слабеющей душе, И абрис прошлого и ты – тускнеют в ярком лунном свете, В ночных болотных миражах. Смотрю – и нет тебя уже. Лишь завывает в валунах, подобно волку, хищный ветер.
Полдень
Памяти мерцанье. Летних дней изгиб. Солнечные вазы полнятся покоем. Тянутся минуты, что к годам близки, Растворяя в полдне бренное, людское.
Стекленеют чувства, и сквозь них смотреть Можно прямо в сердце, нет ни в чём заботы… В небесах – две трети, на Земле на треть Истины, какой же? – думать не охота!
Полдень суетливый, словно зыбкий уж. Только не молчит он, а вовсю стрекочет. Но бегут вприпрыжку через чащу, глушь Времена босые по тропинке к ночи.
Но былого не забыть…
Плачу. Маюсь. И молюсь. Что такое?.. Это Русь. Топь, болота и леса, И заката полоса.
Был закат. Потом другой… Годы мчатся чередой. Кто-то спит… а я молюсь И за спящих, и за Русь.
Поле ржи и поле льна. Пела песни старина. Где веселье на Руси? Песню ты в себе неси.
А когда в душе темно – Осветляет мир вино… Но былого не забыть И печали не избыть!
* BB-Код нужен для вставки ссылки в сообщении, на данное произведение: в форумах, журналах, блогах, на нашем сайте, и везде, где есть возможность вставки BB-кодов.
