Стихотворение: Стрелы

Разлегся полусонный мир
На берегу как будто баба
Его я спрашивал: кумир,
Что больше, мир иль эта шляпа?
Он отвечал мне: мы равны.
Он отвечал мне: без жены
Тут вряд ли можно разобраться.
Тогда позвали мы жену.
И, о святые, не одну
Четырнадцать примерно жен.
И к каждой обращался он:
-Ты первая жена жена
Ты думаешь что жизнь кипит
Ты думаешь, что жизнь одна,
И вся из одного сукна
Она как будто состоит.
Но как же знать? И как же знать?
Под тем вон камушком найдется
Вторая жизнь, другая жизнь
И древо новое проснется
Созданиям разнообразным
Оно существованье даст
И нам – принципиально-разным
Так трудно верить в сей контраст
Что камушек для нас чужой
И вовсе не имеет смысла.
Он просто камень и большой
А еще им можно бить.
А еще им можно быть.

-Ты вторая жена.
Клянусь тебе, что ночь черна
Для всех созданий. Мы создания.
Мы – недостроенные здания.
Мы – строители.

-Ты третья жена.
Компоткомпоткомпот.

-Ты четвертая жена
И мир твой очень мал и прост
Вон он склоняется к тебе
Под твой подстраиваясь рост.
Он тоже я, но я иной.
А этот глянь какой больной.

-Ты пятой бы была женой,
Но там где ты могла бы быть
Струится воздух ледяной
О боги! Вовсе не со мной!
О боги! Разве трудно быть?
Не трудно.

-Ты шестая жена.
Для счастья значит рождена.
Повсюду тишина одна.
Ты думаешь что жизнь скучна?
Ты думаешь что ночь черна?
Но есть божественный твой долг.
Он – счастье. Есть ли в этом толк?

-Была бы ты седьмой женой,
Но вдруг являешься ты мной.
И загустевшею волной.

-Ты восьмая жена.
И жизнь тебе как будто ты,
Во всем, гляди, твои черты.
И жизнь как будто бы одна.
Ты выпьешь всю ее до дна?
Существование твое
Оно твое, оно твое
И все твое и я твое
Твое твое твое твое
«Я»
Но где же быть другим, скажи?
Где их клубятся миражи?
Ты – жизнь, ее основа, факт
И скоро ли теперь антракт?
И жизнь одна как жизнь одна
Все ты, все ты жена жена
А может всё и вовсе всё.

-Ты девятая жена.
Цветы нас любят и прощают
Мы убиваем их любя.
Цвета нас делят, обобщают
И превращают нас в тебя.
Под ними в пыльной темноте
Искрится мир прозрачных тел,
Шевелится ребенок будто,
Вот цвет качнулся, вышел Будда
И смотрит на пятно бензина,
Натянутое как резина
На воду темную, чужую.
А что на дне? Там кто-то спит.
А дно на чем? Там кто-то кит.

-Ты десятая жена,
Сорок два тринадцать два
Закрой рот, несчастная.

-Ты одиннадцатая жена
Жена Жанна сожжена
Чья же в том вина? Вина?
Что такое есть вина?
Что такое есть вино?
Ну вино оно она
Есть субстанция одна.
А какая ж тут вина?
Где она, скажи, видна?
Жена Жанна сожжена
Нет вины. Зола одна.

-Ты двенадцатая жена.
И у нас наступает праздник – день.

-Ты тринадцатая жена,
Между неких полюсов
Пела ты как восемь сов
И прими теперь обет
В голове твоей в ответ
Превращается вопрос
Это ужас танатос
Подменили мыслей груды
Придыханием Гертруды
Стоит жить и верить зря
Тучная ползет заря
За спиной поводыря
Бьются мертвые рыбешки
Истин разноперых крошки
Ты не смотришь им в глаза
Но проходишь как слеза
Мимо чем-нибудь гонима
В этом пасмурном параде
Нам достаточно понятий
Чтоб расставить по местам
Все развесить по крестам

-Ты четырнадцатая жена.
Вспомни все как бы себя
Безграничное любя
Нам слова туги и тесны
Истины нам бесполезны
Исчисляя жизнь как сыр
Я стою размякший мир
И растекшись вширь и в даль
Я прозрачен как хрусталь.
Только лишь изображение.
Где же корень? Где движение.
Где Процесс.

Жены поклонились и ушли в бесконечность