эсминец «Несокрушимый» сумел пройти мимо них с минимальными для каждого повреждениями. - За проезд готовимся оплачивать! Около ста весовых килограмм напора заключены в скромные метр ше-стьдесят роста. Обесцвеченные химией волосы, одуловатое лицо с яркими губами вампи-ра, пустой взгляд, утренне-вечерний кошмар пассажира во плоти. - Женщина!! Что у вас там? Мужчина, как вы встали? Девушке же не за что ухватиться! Повернитесь к ней передом. По салону полетели смешки. - Девушка, теперь хватайтесь и показывайте мне. Выше! Выше! Все вижу, - кондуктор наконец отвернулась от милой девушки с малиновым от смущения лицом, прячущей проездной в сумочку. - Вижу, вижу, - тычет пальцем кондуктор, мысленно помечая обилеченных. - А вас здесь не было. Ну-ка, что у вас? Оплачиваем, или я сама вас инвалидом сделаю, чтобы корочке своей липо-вой соответствовали. Дее-евушка! Вы эту мелочь на паперти собирали, что ли? - обви-няюще зыркнула глазами. - Я тут должна теперь это считать? брезгливо без счета она скинула мелочь в карман сумки. - Остальные готовим проездные и деньги заранее. Не прячемся, не прячемся! Я всех тут насквозь вижу. А почему не прячемся? А если хочется? Ты же ничего кроме денег не видишь здесь, плевала ты на людей, дорогуша. Не то что бы мне денег жалко, не последние чай, но вот чисто из спортивного интереса - получится или не получится. Не с кого тебе брать за проезд. Нет меня здесь. Не-ту. Народу полно, толпа есть скученная, воплощение кол-лективного разума, в котором меня нет. Есть поручень. Неодушевленный, металлический, обтянутый пластиком, горизонтальный. Кондуктор, постояв рядом, получила свои деньги с двух пассажиров и окинула толпу на задней площадке взором налогового инспектора при исполнении. С кого еще можно тут что-то поиметь? Поручень. Неодушевленный, ме-таллический, обтянутый пластиком, горизонтальный. В нем одна единственная мысль узкая и растянутая - служить автобусу верой и правдой. Поправив на необъятном животе кенгуриную сумку, кондуктор делает шаг в сторону и резко оборачивается. Видно, какое-то ее чутье уверяет ее, что остался здесь заяц, остался. Служить автобусу верой и правдой. Она еще раз сканирует пассажиров взором Терминатора и уходит в сторону кабины, со-провождаемая приглушенными ругательствами и вскриками. Получилось!! Чувствую себя чемпионом мира по забегам на короткие дистанции, очень короткие, метра этак на три, попытавшимся выиграть марафон. Тяжело дышу, в ушах гул и на переносицу стекает кап-ля пота, а так - ничего
