Джек может позвонить маме и рассказать о произошедшем. Но у него нет ни одного доказательства, кроме голословновных утверждений, и потому мама вряд ли ему поверит. Не поверила же насчет машины, вот и сейчас не поверит. Может, наконец признает, что вышла замуж за полнейшего придурка и ничтожество.
За всеми этими думами путь прошел незаметно. Вот уже и горка, сквозь пелену снега видны поднимающиеся к небу гигантские трубы, испускающие серый дым.
Дорога заняла всего час, так что у Эвана было в запасе ещё минут сорок. Он не пошел сразу к главному входу, а обошел низенькое одноэтажное здание кругом и остановился около дверей гаража.
Приложил ухо к двери, прислушался. Изнутри не доносилось ни звука. Да он, в принципе, и не ожидал другого. Знал, что все уже кончено. Тем не менее Эван взялся за металлическую ручку, потянул на себя и не без усилия открыл.
Миссис Эйзел лежала на полу, в луже собственной крови. Она упала ничком, и лезвие топора вошло очень глубоко в ее голову. Окровавленное лезвие тускло блестело в темноте.
Эван встал на колени, положил руку прямо в кровавую лужу. Затем облизал пальцы. Вкусно. Очень вкусно.
Эван вышел на улицу и вытер ладонь об снег, оставив на бледном белом покрове яркую алую полосу.
Потом он закрыл дверь гаража и вернулся к главному входу.
В этот раз в коридоре было не так пусто. Несколько родителей уже пришли за своими отпрысками.
Эван вошел в игровую комнату. Там все ещё находились несколько детей, который ещё не успели забрать.
-А где миссис Эйзел?- спросила девочка, сидевшая рядом с "живым уголком". Который был уже не таким уж живым.
-Не знаю.- ответил Эван.- Наверное, скоро придет. Не волнуйтесь.
Девочка прижалась лбом к стенке с хомяком.
-Эй, Гэри.- она обращалась к мальчику, сидевшему за столом и что-то рисовавшему.- Что это с хомячком.
-Он умер.- ответил за Гэри Эван.
Девочка нахмурилась.
-Что такое "умир"?
Эван открыл клетку и вытащил мертвого зверька. Хомяк был уже совсем холодный.
-Это значит, что его больше нет. Нет, и все.- Эван погладил мертвого зверька а потом вдруг откусил ему голову.
Брызнула кровь. Раздался крик. Эван подумал, что закричала девочка, но она молчала. Она не до конца поняла, что произошло.
Саманта стояла в дверях и в ужасе смотрела на собственного сына, который сжимал в руках труп хомяка, из которого лилась кровь. Кровью были измазаны губы и
