Саманта поцеловала сына в щеку и направилась к автомобилю. На ходу она обернулась и помахала сыну рукой. Эван не ответил на этот жест.
Миссис Эйзел дотронулась до его плеча.
-Пойдем, Эван. А то совсем замерзнешь.
-Мне не холодно.- отрезал Эван и, стряхнув с плеча руку пожилой женщины, взбежал по ступенькам и вошел в здание.
-Пойдем в столовую, Эван. Куда ты?
-Я не голоден. Можно в игровую?
Комната для игр, где после обеда собирались все дети и играли, была любимым местом Эвана в этом идиотском детском саду. Хоть здесь, как правило, бывало больше всего народу, это были в основном дети. И если Эвану кто-то начинал мешать или приставать, он находил свои, необычные методы защиты.
-Но Эван, что ты там будешь делать один?- спросила миссис Эйзел. Она шла по коридору сзади, стук ее каблуков эхом раздавался в пустом помещении.
-Я буду играть.- ответил Эван и, не сказав больше ни слова, заскочил в комнату, находившуюся слева. Миссис Эйзел не пошла за ним, она вернулась в столовую, где сейчас собрались остальные дети.
Эван не торопясь прошелся по мягкому ковру, время от времени поднимая разбросанные игрушки и разглядывая их. Потом уселся за стол, взял бумагу и карандаш. Рядом лежали и краски, но ими он никогда не пользовался. Не любил таких ярких цветов. Даже черный у этой акварели получался излишне насыщенным, такой Эвану не нужен.
Он начал рисовать.
К тому времени, как все дети, сопровождаемые миссис Эйзел, вошли в игровую комнату, его рисунок был почти закончен. Красками он все таки разок воспользовался. Нужен был яркий красный цвет.
Наконец Эван отложил карандаш и краски. На его рисунке была изображена миссис Эйлез с топором, торчащим из головы.
Эван решил, что не стоит никому показывать этот рисунок. В особенности, самой миссис Эйлез. Тогда она ему в оставшееся время вообще житья не даст.
А осталось немного. Совсем немного.
Саманта из детского сада поехала прямиком в больницу, заезжать домой смысла не было.
Сегодня здесь было многолюдно, видимо посетители, испугавшиеся вчерашней метели, все таки пришли сегодня.
В другую палату Джека не переводили, так что искать ничего не пришлось. Но возникло другое препятствие: медсестра, ухаживающая за Джеком, заявила, что он себя не очень хорошо чувствует, и лучше бы Саманте придти позже, или вообще завтра.
-Я не могу!- возмущенно воскликнула Саманта.- Вдруг опять
