Вы когда-то вгоняли скрепку в хрящ? Да не обычную канцелярскую, а раза в два, а то и в три больше. Вспоминается мне рассказ одной знакомой, чей отец когда-то испытал на себе все прелести металла, вгрызшегося в фалангу пальца. Боль, как мне кажется, была адской. Но самый интересный момент - просто пальцами у вас вытащить такое из хряща вряд ли получится, придется использовать плоскогубцы. Сама жизнь, она бывает намного хлеще рассказов про кишки и лезвия, входящие под кости черепа, аккурат в местах соединения. Люди привычно ужасаются, привычно восхищаются, находя в отвратительных подробностях какую-то совершенно новую, дикую и привлекательную сторону жизни, которая ранее чудесным образом обходила их стороной. Написать про говно, кровь, разрубленные конечности и гнойные рваные раны сегодня может каждый, кто хоть раз в жизни сталкивался с подобной литературой. Человек же, который испытывает подобное на себе, напишет сухо, просто и неинтересно. Так, что все обвинят его в плагиате и будут учитываться дальше высокой литературой, споро набранной литературными неграми. Впрочем, они потом пропьют свой гонорар или приобретут кредитный Форд, следовательно, их творчество отобразится именно там, где заслуживает. Скорее даже выльется, а не вмажется в столб. Тогда было жарко и пасмурно. Необычное состояние погоды для нашего лета, когда хлесткий ливень через несколько минут может смениться ярким, выжигающим прыщи на подростковой коже, солнцем. Дети играли во дворе в какую-то странную, только что придуманную малолетней шпаной, игру. Мне тогда едва исполнилось шесть, но соображала я достаточно бойко для своего возраста и с компанией предпочитала не связываться, отдавая предпочтение общению хоть и с умственно отсталой, но десятилетней Катькой из дома напротив. Она была незлая, с удовольствием играла с малолеткой в дочки матери и безоговорочно мне подчинялась. Как все эгоистичные дети, я была в восторге от живой куклы. Какой-то мальчик-семилетка тряс перед носом совсем маленькой, какой-то даже болезненно-щуплой, девочки, прозрачной игрушкой из киндер-сюрприза, и что-то с самодовольным видом рассказывал. Девочке той было около пяти лет, но в ней присутствовала какая-то излишняя застенчивость и апатия для такого раннего возраста. Рассказывал он что-то о том, что в этой игрушке лежит, мол, вся сила мира. И если ее разбить, то ничего не станет, все чуть ли не сгниет, а мы умрем. С начала он просто тряс игрушкой перед носом запуганной девочки, потом начал
