себя сердца, а значит и способности плакать. Все ее чувства были настолько притуплены, что ее можно было назвать бесчувственной. Наступила ночь. Ей очень нравился этот временной отрезок. Такой спокойный, такой тихий, что можно было почти услышать ее мысли. Она как всегда бродила по темным и тесным улочкам, делала это не осознано, но всегда получался один и тот же маршрут… И вот она вновь шла по этому маршруту, будто известному только ей одной, стуча каблуками по аккуратно выложенной плитке… и вновь она мысленно была где-то за пределами этого мира, в мире, где они были еще живы и где она была счастлива. Она не заметила шорох за своей спиной, причем откуда-то сверху… Все шла вперед, привычно засунув руки в карманы брюк, не замечая ничего вокруг. Вдруг она почувствовала, как кто-то мягко обнял ее сзади и оторвал от земли. Это был Разиель. Он всегда появлялся неожиданно. Она сначала будто бы и разозлилась на него за подобный поступок, но они поднялись так высоко над землей, что она не могла отвести взгляда от вида ночного города, многообразия огней и иллюминаций… ей так нравилось на это смотреть и он знал это. Он многое знал о ней, что она любит, что способно затронуть самые сокровенные струны ее души, он ее понимал… Для нее это было самым главным. Ее понимали. Он пронес ее через весь город; они частенько летали… ведь кроме удовольствия от полета она еще получала на непродолжительное время способность чувствовать тепло, что так ей не хватало… а ему нравилось просто держать ее в своих объятиях, прижимая к себе, согревая… она была ему очень дорога; была такой близкой, родной, но все же такой далекой… Они приземлились на том же самом горном обрыве. Эта местность была очень опасна, любой человек, нечаянно оступившись здесь, мог умереть. Высота была огромной, но такой вид на город не открывался больше, ни с какого другого места… «Скажи, тебе понравился этот полет?» - быстро проговорил он, смотря на нее во все глаза. Его глаза цвета небесной лазури… их она запомнила надолго. И даже закрыв свои глаза, могла с легкостью представить его… «Впечатление от полета конечно непередаваемые, но вот если бы ты научился не хватать меня так резко, когда я нахожусь глубоко в своих мыслях, то было бы просто замечательно» - сначала как, обычно нахмурившись, произнесла она, затем подняла на него взгляд и не смогла сдержать удовлетворенную улыбку. Он очень любил, когда она улыбалась… тем более что в последнее время она стала это делать гораздо реже. «Я знал,
