присутствующих, ничего не произошло. Диск лишь полыхнул голубым сиянием и мигнув погас. Теперь мы с Дэшем смотрели на волшебницу с ожиданием и непониманием, а она, с еще большим непониманием, переводила взгляд с меня на щит и наоборот. - Я что-то не так сделал? - От тебя ничего не требовалось. Щит должен был узнать своего владельца, но что-то пошло не так. Наверное... Я уже не слышал колдунью. Разум был затуманен, а в памяти всплывали непонятные образы. С большим трудом мне удавалось различать размытые лица людей, дворцы, поля битв, красавиц, вращающихся в безумных танцах, сцены сражений, казни, пожары, крики о помощи... картины менялись с нарастающей быстротой и вскоре я ничего не мог разобрать в этом огромном потоке, свалившемся на мою несчастную голову, как и не мог остановить, а тем более прекратить, это. Все эти образы можно было сравнить со спешно проделанной работой неумелого художника, столь туманны и размыты они были. Думаю мне не суждено понять откуда появился этот водоворот воспоминаний, так как я почувствовал поверхность холодного пола... *** - Не угодно ли, госпоже Лие, чего-нибудь? - совсем еще молодой мальчик неуверенно поклонился, едва договорив. Волшебница не обернулась. Она неотрывно смотрела на пейзаж Турики - великой столицы несокрушимого Эллиона. В центре города обосновались богатые и влиятельные личности, державшие в руках узду правления. Они жались ближе к Академии, желая укрыться под ее надежными стенами. Глупцы, не осознавшие всей своей беспомощности. Их дома, соревнующиеся друг с другом по красоте и оригинальности, окружали Академию со всех сторон, но не было и речи о том, чтобы сравниться с величественным строением. Лиа ненавидела этих зажравшихся негодяев. "Смазливые, ни на что не способные, жалкие ничтожества", как она порой их называла, имели большие состояния, а вместе с тем и хорошие связи. До поры, до времени с их мнением придется считаться, но колдунья дала себе обещание, как только настанет подходящий момент бывшая ученица архимага самолично раздавить им, раздувшиеся от жира и мнимой неуязвимости, головы. - Передай Маркусу, чтобы подготовил грандиозный карнавал в честь прибытия защитника Эллиона. Парнишка все также стоял в поклоне, боясь поднять голову или даже шевельнуться. - Все будет сделано, госпожа, - слуга сделал шаг назад. - Да, и еще, скажи Диане, что я сама сегодня позабочусь о Рогане, - колдунья обернулась и бросила оценивающий взгляд на мальчику. - Можешь
