Это так свято… -Я пойду к ней. -Хорошо. Когда Вячеслав вошел в камеру, Мария всё ещё лежала на полу. Плач немного затих. Она глубоко и неровно дышала. Распластанная, она была похожа на птицу. Она встала, подошла к стене и потрогала одну из цепей. Стена была забрызгана кровью. Мария дотронулась и поцеловала и эту кровь, стараясь не разрыдаться сильней. Она постояла ещё немного. Потом она надела сброшенный плащ. -Пожалуй, мне надо умыться… Их привели к умывальнику. -Ты не представляешь, что я испытала сейчас.… Как всё ожило… Тот день, когда пришла Лиза… И потом, когда она сказала, что Костя умер мучительной смертью… Как я жаждала тогда прикоснуться к его телу, но… Я даже не верила тогда, что может наступить день, подобный этому… - Говорила Мария, умываясь. Они вышли в коридор. К ним подошёл охранник. -Уже установлено, где сжигали тела казненных. Вы хотите побыть там? Будет автобус… У Марии в груди что-то словно сжалось и ухнуло. -Я – нет… Я не выдержу… Это слишком больно для меня… Невыносимо… Страшно… Константин не может быть пеплом… Нет… Мне не нужен… пепел… Понимаете?.. -Я поеду - сказал Вячеслав. – Ты не против? – он повернулся к жене. -Я не могу удерживать. Спроси Витю, может и он поедет? Было промозглое ветреное пасмурное утро. Автобусы с родственниками репрессированных остановились на трассе, разделившей широкий измученный луг. На протяжении десятилетий туда приезжали те самые грузовики. Трассу перекрывали. В земле выкапывали яму, туда сбрасывали тела, сжигали их дотла, часть пепла смешивали с землёй, часть отдавали ветру. Сверху покрывали дёрном. На территории стояли таблички, говорящие о складировании на ней химических отходов, чтобы никто не смел заходить на нее. Люди выходили и разбредались группами. Откуда-то доносился плач. Вячеслав и Виктор стояли лицом к ветру. Они молчали, немного опустив головы и плотно сомкнув губы. Вячеслав сжал пальцы в кулак и чуть закусил сгиб фаланг. Было всё так же холодно, ветер трепал несчастную траву. Вдали параллельно дороге виднелся лес, а больше не было конца и края тяжелым, скорбным, неизлечимым просторам и не было преграды для ветра. Несмело начал накрапывать дождь. Люди заходили в автобусы. -Надо возвращаться. – Сказал Вячеслав. Они сели в автобус. Мария была дома одна. Она сидела, закрыв глаза ладонью. «Нет… Это правда, слишком больно… Больно молчать и ещё больнее слышать…» Вячеслав и Виктор вернулись. –Как вы? Как всё
