ночь в котле отсиди, а уж потом развлекаться допустят" "А долга ли ночь ваша, черти окаянные?! Сколь душе крещеной маяться-то?" "А чёрт его знает? У нас тут завсегда ночь. За тыщи лет ни одного рассвета не случалось. Так-что, сиди болезный и не вякай! Добавить смолы в сто третий котел! Выкипела..." . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ...младой херувим подошел к потомственному рыбаку и шепотом вопросил: "Ну, как? Клюет?" "Не шибко, хотя, мало-мало, таки, есть судачков да стерлядок. Только, как я понимаю, ты не праздного любопытства ради пришел." "Догадлив ты, брат Шимон. Как расчитываться будешь? Уже триста душ за сегодня спровадил я в преисподню, тебя покрываючи. Нешто нельзя в столовке рыбешки заказать? Там, хошь форель, хошь белорыбицу тебе враз сварганят. А ты тут штаны просиживаеш, да на поплавок пялишься." "Эх, Мойша...не понять тебе этого. Это ж высшее наслаждение - сидеть вот так, удить и вкушать плоды трудов своих. А тут эти шастают, шум-гам подымают, отвлекают, одним словом. Иди ужо. А я пойду ворота отпирать вновь прибывшим. А ты, это...заходи вечерком, ушицы похлебаем, да нектара откушаем..."
