вскрикнула она и тут же упала. Девчонка подбежала к ней и, крепко обнимая, шептала: -Мама, я уже и не мечтала, что ты придешь! Де Лайла улыбнулась, оторвала кусок платья, приложила растение к лапе: -Кажется, так. Но я слышала... -Это демон, - большая белая волчица напряженно смотрела туда - в даль, где раздавались странные звуки, и птицы летели в страхе оттуда... -Я готова, - Мерлин уже полноценно встала на лапы, - защитить вас любой ценой. -Мама, не нужно, он ведь убьет тебя! Мама! -Делл уводи их подальше. -Я останусь, - большая волчица напряглась, нюхая воздух, - Он близко. -Берт, - удивленно сказала Мерлин и пригнула уши, оскалив клыки. -Кто он? - спросила Мелори. -Убийца, - нахмурившись ответила Де Лайла, и стала отчаянно тянуть её подальше от места битвы. Её взгляд отображал холод и злость, она готовилась принять или победу, или смерть. С каждым шагом Берта по лесу - огромного волка, структурой напоминающего медведя, - лес умирал. За ним оставались пустые мертвые леса, голые камни и шел смрад с пеплом, горела земля... Пули людей не останавливали его, он шел прямо на Мерлин, чуя её запах. -Вот и ты, - раздался его полный ненависти голос, - Я ждал это мига, да ты еще и не одна, - грозные клыки щелкнули возле её морды и она угрожающе зарычала, отступив на два шага назад. Большая волчица кинулась на него, клыки сомкнулись на его морде, оставив кровавые следы, но его мощные лапы быстро откинули её в сторону. Не теряя ни минуты, Мерлин прыгнула на его спину и вцепилась клыками в загривок Берта. Когти полосовали его морду, острый коготь впился в его глаз и он ужасающе заревел. Запах крови заставлял снова и снова врезаться острыми клыками в шею, но до артерии она достать никак не могла. Выпустила из зубов его шею, он заревел и встряхнул её так, что она мгновенно оказалась под ним. Его здоровый глаз, до которого её когти еще не добрались, сверкнул адским пламенем, на его морде она видела знамя зла - три черточки, знал высшего демона... Боль пронзила мозг, она вскрикнула, вырываясь из-под его медвежьего тела, это его острые когти полоснули её по животу - но не вспоров, а лишь пустив сильное кровотечение. Берт зло улыбался, видя как Мерлин корчится в муках. Но этого ему было мало. Прижав её задние лапы к земле своими лапами, он пустил когти. Она закричала, новая волна боли её пронзила. Мерлин чувствовала, как жизнь выходит из неё, как боль заполняет тело, она дрожит и
