и вправду забыл про размеры, о которых ему говорилось, и, забрав женщину, ушел переделывать неудавшийся образец. *** Получив женщину, человек начал одолевать Бога постоянными просьбами, и Бог покорно исполнял все его прихоти, но непомерный аппетит человека от этого только возрастал. И вот настал миг, когда Богу это надоело. «Да, что же это такое!» – возмущенно подумал он и удалился в спокойную пустоту, мстительно сотворив перед своим уходом существо, карикатурно похожее на человека, и назвав его обезьяной. «Пусть подумает над своим поведением», – решил Бог. Когда Бог вновь вернулся на Землю, соскучившись по неугомонному человеку, то обнаружил, что ни его, ни женщины уже нет в живых. И понял Бог, что он забыл сделать человека бессмертным. Зато теперь людей было гораздо больше, вот только они разительно отличались от тех, первых, созданных им. Люди были грязные, грубые и зачем-то носили на себе вонючие шкуры убитых животных. И Бог, который решил, было исправить свою ошибку и все же сделать людей бессмертными, – передумал. «При такой плодовитости им скоро и места-то на Земле не хватит», – сказал он сам себе и, разочарованный, вновь удалился в пустоту. *** Как долго блуждал Бог в пустоте, не знал он и сам. Что могло значить время для бессмертного и вечного Бога? Вот только все мысли его теперь были о созданном им мире и странном существе – человеке. «Как они там без меня? – думал Бог. – Поди, уж и говорить-то разучились и шерстью обросли, вроде тех обезьян?». И настал миг, когда Бог, не утерпев, вернулся в свой мир, но на Землю спускаться не стал, решив понаблюдать за происходящим сверху. *** За время его отсутствия люди сильно расплодились. Они больше не кутались в звериные шкуры, а ходили в одеждах, напоминающих одеяния своего создателя, и обитали в рукотворных жилищах. «Вот это правильно», – подумал Бог и удовлетворенно прилег на облако, чтобы удобнее было наблюдать, но тут же вскочил, поняв, что находится на облаке не один. Перед ним стоял кряжистый, чернобородый незнакомец, держащий в правой руке странно искривленный золотой жезл, похожий на ветвистую молнию. – Ты кто? – спросил незнакомец густым басом. – Я – Бог, – ответил Бог. – Это понятно, – ухмыльнулся незнакомец. – Мы здесь все боги. Что-то я тебя раньше не видел... Новенький? А зовут как? – Бог, – ответил Бог. – Ладно, – проворчал чернобородый. – Не хочешь отвечать – дело твое. Меня Зевсом Громовержцем называют, слыхал,
