И то был не кто-то иной, а как раз-таки Федор Достоевский, человек до чего безудержно но — увы — безрассудно так и рвавшийся в бой с нечистой силой, одновременно провозглашая именно ее лозунги и полуосознанно размахивая чисто вот ее стягами. Да он действовал подобным образом в состоянии духовного экстаза, столь откровенно пребывая в мире всяких дремотных надежд и весьма трагически ошибочной веры в свою собственную способность вполне действенно управлять всем тем выпущенным им наружу злом. И он вполне искренне хотел разом низвергнуть всю ту жуткую нечисть обратно же в ад то есть одним росчерком пера полностью устранить ту самую бесовщину, что столь неожиданно вышла на самую поверхность новейшей истории. Да только сделал он это языком, который и впрямь оказался весьма убедительнее любых проповедей. Историк Эдвард Радзинский в книге Александр II — жизнь, любовь, смерть пишет об этом с самой пугающей точностью: «И потому Достоевский взял эпиграфом к роману евангельскую притчу о бесах, по велению Иисуса покинувших человека и вселившихся в свиней. И Достоевский пишет в письме к поэту Майкову, бесы вышли из русского человека и вошли в стадо свиней, то есть в Нечаевых Серно-Соловьевичей и прочее, те потонули или потонут, наверное, а исцелившийся человек, из которого вышли бесы, сидит у ног Иисуса, так и должно было быть, но так не будет. Ошибся великий пророк. В дальнейшем все случится с точностью до наоборот, как он предсказал в романе, но не в эпиграфе. Вся будущая история будущего революционного движения будет прорастать Нечаевщиной, ибо Нечаев оставил главное наследство. И вскоре нечаевщина начнет завоевывать русскую молодежь. Пройдет всего несколько лет, и негодовавшие читатели бесов увидят воочию русский террор, рожденный чистейшим сердцем. Бесу Нечаеву будет принадлежать грядущий двадцатый век в России, и победа большевизма станет его победой. В большевистской России люди с ужасом будут читать "Бесов", и монолог Петра Верховенского, то бишь Нечаева, об обществе, которое он создаст после революции. "Каждый член общества смотрит один за другим и обязан доносить… Все рабы и в рабстве равны… первым делом понижается уровень образования, наук и талантов. Высокий уровень науки, талантов доступен только высшим способностям, не надо высших способностей… Высшие способности всегда захватывали власть и были деспотами… их изгоняют или казнят. Цицерону отрезывается язык, Копернику выкалывают глаза,
