негодяев и геройская удаль людей достойных слишком уж прямолинейны и книжно-красноречивы. А жизнь куда богаче, сложнее и многоплановее всего того, что способен создать даже самый талантливый и наблюдательный человек. Вот почему нельзя смотреть в зеркало мира — художественную литературу — и видеть там одно лишь собственное лицо, никак не признавая при этом никаких иных весьма между тем существенных обстоятельств. Ибо никакая сугубо личная индивидуальность не может быть полностью доступна чужому, поверхностно скользящему по ней взгляду. А следовательно, всегда необходимо оставлять место должному сомнению в еще первоначальной чьей-то более чем глубокой испорченности. Все те чисто моральные аспекты слишком запутанны, чтобы судить о людях по одним лишь обобщенным критериям. Создавая из всего того аморфно общего единый стандарт, неизбежно так высекаешь слишком острые углы. Причем одной из самых насущных первооснов подобного подхода стала именно та художественная литература. Мир книг в известной мере призрачен — реальная жизнь в нем никогда не отражается полностью и до конца во всем откровенно. Тем более таково всякое же массовое искусство. Оно до чего безбожно укрупняет слишком многое стадное и искусственно усиливает всякое ведь на редкость исключительно поверхностное. И это именно оно формирует совсем необъятное по всему своему вселенскому масштабу, но при всем том крайне же неглубокое сознание среднестатистического обывателя. И это уж с его помощью всякое аляповато-восторженное творчество тогда уж и начинает тешить беса больших и малых амбиций — у тех самых червей-буквоедов, откровенно переполненных «глубокомысленными замыслами» о самой вернейшей реализации общенациональных и классовых устремлений. И разумеется, по их собственному убеждению, все это непременно еще должно было привести к тем самым «наилучшим дням» — к будущему, якобы сколь еще несоизмеримо более светлому, чем все то нынешнее и настоящее. 51 И ведь, как правило, тот самый эгоизм, который неизменно является едва ли не главным стимулом человеческих поступков при подобных крайне нездоровых поползновениях к тотальному разрушению основ прежнего общества, сходу и вполне осознанно разом стушевывается. Зато наружу предельно отчетливо выпячивается некий «великий долг перед родиной», а также прочие подобные декларации — по сути своей смехотворные, покуда за ними не стоит самая доподлинная и чисто внутренняя чья-то с молоком матери вполне
