нравственной позой. И ведь до чего же точно пишет об этом генерал Краснов в книге «От Двуглавого Орла к красному знамени»: «Праведники ли Левин и Нехлюдов? – нет, они обманщики, потому что не по любви делали поступки свои, а лишь по желанию исполнить Евангелие, не понимая его, как не понимал его сам Толстой, как не понимают его и социалисты. Они хотят навязать его жизни, а Христос признал, что к жизни учение его неприменимо. Жизнь сама по себе, а Царство Христово само по себе. Христианская вера может только смягчить, скрасить жизнь, но сделать ее такою, как надо, не может, потому что для этого надо, чтобы все стали христианами». 321 Однако людей, способных трезво понять все это и потому не требовавших самого ведь немедленного осуществления всеблагого чуда в его самом зримом и земном виде, на Руси всегда было явно так вовсе немного. Большинство же хотело жить чисто “по-писаному”, нередко извращая сам дух написанного своим весьма так усердным и слащавым буквализмом. Вот так и складывались в единое целое самые разные штампы до чего ведь весьма широкого общественного поведения, в которых все явственнее при этом проступали фальшь и самая жуткая бессмыслица. При этом стремительная смена политического режима почти так вовсе не изменила старых бюрократических нравов. Костяк прежнего крепостнического государства никак не треснул и после того, как царские вензеля сменились красными знаменами. Да и сам дух времени, в котором жили эти проникновенно-светлые души, во многом остался явственно прежним и после Октября. То есть коли перемены вообще и произошли, то прежде так всего в том одном: вместо разброда мнений суровые размышления теперь начали отныне более чем строго выстраивать под одну же линеечку. То есть это ранее до большевистского переворота, сразу так вслед за появлением говорливой и бурлящей Думы, острые мысли летели в противников, словно камни. И это именно об этом весьма выразительно пишет генерал Краснов в книге «От Двуглавого Орла к красному знамени»: «Дума подтачивает государство, Дума развращает народ. Своею критикою, основательною или неосновательною, это все равно, Дума внушает народу недоверие и презрение к министрам. Дума выносит язвы наружу и показывает все темные стороны правительства и Царя народу. Дума стала между Царем и народом. Она закрывает глаза на все то хорошее, что делает Царь, и подчеркивает одно худое. Саша, ты бываешь
