ясен: максимальное расширение жизненное пространство за счет ближайших и далеко не дружественных соседей. И могло ли то быть хоть как-то иначе, если к началу Первой мировой войны у кайзеровской Германии почти не осталось никаких вполне полноценных африканских колоний, а попытка закрепиться на Дальнем Востоке то же закончилась вовсе так явно никак абсолютно ничем? Все то хоть сколько-нибудь ценное уже было на редкость надежно, «на совесть», поделено и славно удерживалось сколь расторопными французами и англичанами. К тому же русский царь, считай вновь безо всяких особых церемоний вмешался в область, исторически ему чуждую, а именно в дела никак уж некогда не суверенной Югославии. То есть именно туда, где широкое германское влияние до того времени явно еще оставалось сколь же весьма и весьма более чем вполне ощутимым. 150 Спасибо за это немощному старцу Горчакову — и в особенности тем, кто выдвинул именно его на этот столь судьбоносный для всей грядущей истории пост. Недальновидный дипломатический корпус раз за разом, почти уж с поразительной легкостью, до чего откровенно растрачивал плоды побед, оплаченных великой кровью русского оружия. И этим неизменно пользовались как откровенные враги российского государства, так и его притворно благожелательные европейские «друзья-союзники». Их и впрямь до дрожи пугала не столько сама Россия, сколько ее непрерывно растущая мощь. Причем их тревога лишь усилилась после того, как стало окончательно ясно: лишить Россию выхода к южным морям уж никак вовсе вот не удастся. 151 Крымская война XIX века оставила в этом вопросе сколь неизгладимый след — тяжелую и окончательную отметину в долгой исторической памяти европейских держав. И все же тогда еще оставалась совсем так никак неразыгранной некая иная, куда только поболее опасная карта — политическое расчленение России на множество мелких извне управляемых сатрапий. И уж всему тому вполне могли поспособствовать как раз-таки весьма ожесточенные распри и самые ведь бесконечные, по сути до чего и впрямь бесплодные прения среди чрезмерно благодушных и мягкотелых представителей российской интеллигенции. При этом никто уж тут не возводит напраслину на людей духовно богатых, искренне добрых, по-настоящему образованных, то есть на тех, кто был вполне до конца чист от всякой же вполне сознательной вины. Да только при всем том сама ведь бесконечная путаница во взглядах на действительность ее совсем безнадежно
