Произведение: Сверхпроводимость в вакууме человеческого сердца
некоем мистическом русском характере, на который буквально все, пожалуй, хотел бы списать знаменитый писатель Алданов, а куда, вернее, в тех максималистах, которые из-за всякой ерунды фантастическую бурю в стакане воды подымают, а великому неистовству страстей (и своих в том числе) сдаются практически безо всякого боя. И как уж все это живописал тот самый знаменитый писатель Алданов в его книге «Бегство» да только слишком-то сузил он при этом рамки: «Вот она, буржуазия! - сказал он. - Прибавят ей два процента к подоходному налогу, она вопит так, точно ее режут. А когда ее, в самом, деле режут, сидит, тихенькая, все ждет, не придет ли откуда избавитель… Нет, глупее наших революционеров только наши "правящие классы". Хороши правители!..» А правители - это между тем, вся ведь как она есть интеллектуальная каста страны, а не одни те власть и деньги безо всякой меры и права на то загребущие. И почему это если всему славянскому духу и впрямь-таки сколь нелепо люб и дорог весь тот донельзя пресловутый социализм те же чехи со словаками некогда ведь тоже разом со всею той неуемной свирепостью явно как есть попытались сходу сбросить исключительно ненавистное им коммунистическое иго? Причем нечто подобное попытался осуществить именно их вождь, а не простые невежественные крестьяне! Да и речь тогда шла именно о том чисто вот специально же выпестованном ставленнике Москвы. Да и поляки уже в 80ые годы тоже, до чего бестрепетно разом смело осмелились как-то именно что совсем по-своему бучу устраивать. А между тем и русский крестьянин не раз и не два пытался подняться с колен, дабы сбросить с себя оковы проклятого большевизма-бандитизма, однако был он слишком слаб, а еще и со всех сторон замордован всеми теми доселе бывшими прежде всевластными же заправителями заплечных общегосударственных дел. А, кроме того, его оказалось нисколько вот вовсе не сложно попросту выселить, да и заморить голодом под пламенные аплодисменты всей той никак не в меру чрезвычайно восторженной интеллигенции. Интеллигенция она ведь и вправду мозг всякой нации, а потому без ее совершенно безоговорочной поддержки фактически любой правитель, пусть и самый жестокий может тут же заказывать по самому себе до чего и впрямь весьма скорбные поминки. Не у кого и близко не выйдет хоть сколько-то управиться с делами государственными без зрелых мужей интеллектуалов, поскольку они и есть тот еще самый костяк любой государственной машины. И, конечно,
