Произведение: Сверхпроводимость в вакууме человеческого сердца
бед РОССИИ ты с собою разом ведь явно принес!!!! А между тем неистово восхвалять всяческую темную серость, что зачастую абсолютно так слепа во всем, что хоть как-либо могло оказаться вполне вот еще на деле касаемо всех тех более чем достойных подлинного величия разума - духовных благ… Да и вообще сколь беззастенчиво делать ее истым примером для всеобщего подражания, уж чего — это тут и впрямь-то могло быть донельзя же хуже и всецело страшнее… Нет, дело — это вполне безысходно вот вовсе совсем непристойное, да и, кстати, никак оно неестественное, а заодно и до чего весьма гиблое оно и крайне жестокое. А между тем вот никакая грубая сила нисколько не сможет на деле вот оказаться предметом сущего преклонения кроме как, пожалуй, что, в цирке, а то ею и взаправду всенепременно могут уж возжелать, разом так сходу воспользоваться, ради решения любых крайне щекотливых и до чего повседневно насущных вопросов. И главное, ни у кого и близко о том какого-либо совета совсем не спросясь, да и вообще далее более никого уж совсем вовсе и не стесняясь и не опасаясь. А ведь в России народ Бога боялся, словно Перуна, что может с неба молнией враз поразить, если его действительно посметь вдруг, ослушаться, а тут, понимаешь ли, какой-то лохматый горлопан, сходу так залез на трибуну и завопил, про то, что никакого Бога, нет как нет. И молнией с небес его за это в тот же миг вовсе-то не поразило! А значит, его и вправду нигде нет, а стало быть, и боятся нам более совершенно так далее некого. И как уж тут было разом не распоясаться, скинув с себя не только все цивилизованное, но и вообще хоть сколько-то относительно человеческое. Революция — это вообще тот еще чистейший обморок всей как она есть общественной совести. Ну а во имя того дабы как есть на деле вообще еще заимелась возможность более-менее увереннее дождаться всех тех весьма долгожданных, радостных и благих перемен, народ стоило бы именно что ко всем тем культурным ценностям чисто ведь загодя сколь еще поощрительно разве что постепенно так всячески приучать. Да и совсем и близко вовсе не следовало им до чего вот бесцельно бродить вокруг до около него, так и пичкая его прокламациями обо всех тех весьма вот великих его правах и достоинствах. Как про то сколь ясно и вполне правдиво написал в своей книге «Крамола» писатель Алексеев: «А вы считаете, что все в порядке? - спросил его человек, развязывающий руки. - И наше место в этом амбаре? - Твое место в
