Произведение: Сверхпроводимость в вакууме человеческого сердца
мечтатели при всем том вообще принесли в этот мир кроме той чудовищно же кровавой смуты, да и непомерно великих разрушений душ, а не только ведь разве что сокрушения храмов всех религий? Чехов «Вишневый Сад». «Подумайте, Аня: ваш дед, прадед и все ваши предки были крепостники, владевшие живыми душами, и неужели с каждой вишни в саду, с каждого листка, с каждого ствола не глядят на вас человеческие существа, неужели вы не слышите голосов… Владеть живыми душами - ведь это переродило всех вас, живших раньше и теперь живущих, так что ваша мать, вы, дядя уже не замечаете, что вы живете в долг, на чужой счет, на счет тех людей, которых вы не пускаете дальше передней… Мы отстали по крайней мере лет на двести, у нас нет еще ровно ничего, нет определенного отношения к прошлому, мы только философствуем, жалуемся на тоску или пьем водку. Ведь так ясно, чтобы начать жить в настоящем, надо сначала искупить наше прошлое, покончить с ним, а искупить его можно только страданием, только необычайным, непрерывным трудом». И уж вполне оно естественно, что тот самый крайне тупой и ратный труд и есть, считай вот вовсе так на редкость единственный духовный стержень и нравственное мерило всякого раба. Раз совсем так оно не иначе, а именно за этим его и кормят! Но труд созидательный сколь еще хорошо более чем основательно вполне ведь кем-то обдуманный, а также и непременно при всем том приносящий с собою радостное удовлетворение от всего кем-либо доселе сделанного — это всегда один лишь разве что продукт постепенного освобождения человека от всякого хомута стародавнего рабства. Да вот ведь экая оказия Чехов, ничего подобного толком нисколько уж вовсе совсем так никак явно не проповедует… Да и вообще по всей на то видимости, Антон Палыч со всем тем сколь невозмутимо верным ко всему тому основанием и впрямь-таки исключительно же смело рассчитывал затянуть бы на шее всех тех всевозможных ленивых бездельников тот еще самый предельно жесткий хомут. Уж дабы, дело ясное, сколь еще весьма старательно принудить их всех до единого чисто так из-под палки, как тому и было должно вполне еще созидательно день и ночь беспрестанно трудиться. Поскольку в некоем том удивительно призрачно светлом грядущем в полной мере одинаково работать будет должно именно всем безо всяческих вообще каких-либо поблажек и исключений. И неужели же, как раз-таки в этом и есть самая наилучшая доля для всякого до чего и впрямь весьма вольно отныне дышащего
