Произведение: Сверхпроводимость в вакууме человеческого сердца
ленивого человека не хватает смысла нагнуться и поднять с земли топлива. (Елене Андреевне.) Не правда ли, сударыня? Надо быть безрассудным варваром, чтобы жечь в своей печке эту красоту, разрушать то, чего мы не можем создать. Человек одарен разумом и творческою силой, чтобы преумножать то, что ему дано, но до сих пор он не творил, а разрушал. Лесов все меньше и меньше, реки сохнут, дичь перевелась, климат испорчен, и с каждым днем земля становится все беднее и безобразнее. (Войницкому.) Вот ты глядишь на меня с иронией, и все, что я говорю, тебе кажется не серьезным и… и, быть может, это в самом деле чудачество, но, когда я прохожу мимо крестьянских лесов, которые я спас от порубки, или когда я слышу, как шумит мой молодой лес, посаженный моими руками, я сознаю, что климат немножко и в моей власти, и что если через тысячу лет человек будет счастлив, то в этом немножко буду виноват и я». Причем эти его слова действительно звучат весьма тревожным набатом для всех нас уж ныне живущих! Потому как в то самое время, как люди все делят и делят, словно бы последний кусок хлеба шкуру совсем еще пока ими неубитого медведя их собственная шкура явно между тем довольно-таки давно сколь ведь точно уж вполне на деле стоит на кону… Но, дело ясное, пока то лихо сколь еще тщательно затаилось и сидит себе тихо, на него неимоверно же трудно будет весьма вот стояще обратить хоть сколько-то пристальное свое внимание. Поскольку оно пока разве что ту еще сколь так затем неукротимую силу на редкость постепенно раз за разом вполне уж явно так ныне и набирает… Однако стоит данным процессам перейти и близко-то нынче с виду совсем так никак невидимую глазу границу и все - на нас и впрямь, словно из рога изобилия тогда более чем сходу посыпятся всякие самые различные беды и несчастья. Причем нынче будет совсем так никак не поздно, до чего уж постепенно во многом сколь вдумчиво и вкрадчиво вполне переменить сам подход к природе, которая пока что разве что шлет всем нам свои сигналы бедствия, а не сколь со всем тем откровенно явным бездушием топит прибрежные города в пучинах морей и океанов! Завтра, когда с почерневших небес грянет всеми своими оглушительными раскатами чудовищный гром, более чем непременно окажется несколько так затруднительным даже и попытаться приостановить, все то, что ныне является наиболее главной предтечей где-то вдали зарождающегося все и вся начисто испепеляющего сколь неимоверно же грозного глобального потепления. И может,
