Эта глава основана на Книге пророка Даниила, 2.) Вскоре после того как Даниил и его товарищи были взяты на службу к вавилонскому царю, произошли события, которые открыли языческому народу могущество и верность Бога Израилева. Навуходоносор видел необыкновенный сон, отчего "возмутился дух его, и сон удалился от него". Но, хотя этот сон произвел очень сильное впечатление на царя, проснувшись, он обнаружил, что не в состоянии припомнить какие-либо детали. В замешательстве Навуходоносор собрал мудрецов - "тай-новедцев и гадателей, и чародеев" - и умолял помочь ему. "Сон снился мне, - сказал он, - и тревожится дух мой; желаю знать этот сон". С этим выражением своего недоумения он потребовал растолковать ему сон и тем самым успокоить его душу. На это мудрые мужи ответили: "Царь! во веки живи! скажи сон рабам твоим, и мы объясним значение его". Не удовлетворенный уклончивым ответом и подозревая мудрецов в нежелании помочь ему, хотя они и утверждали, что им открыты все тайны, царь, обещая им богатство и почести, с одной стороны, а с другой - угрожая смертью, повелел не только растолковать, но и пересказать сам сон. "Слово отступило от меня, - сказал он, - если вы не скажете мне сновидения и значения его, то в куски будете изрублены, и домы ваши обратятся в развалины; если же расскажете сон и значение его, то получите от меня дары, награду и великую почесть". Как и прежде, мудрецы ответили: "Да скажет царь рабам своим сновидение, и мы объясним его значение". Навуходоносор, взбешенный вероломством тех, кому он прежде так доверял, заявил: "Верно знаю, что вы хотите выиграть время, потому что видите, что слово отступило от меня. Так как вы не объявляете мне сновидения, то у вас один умысел: вы собираетесь сказать мне ложь и обман, пока минет время; итак расскажите мне сон, и тогда я узнаю, что вы можете объяснить мне и значение его". Опасаясь за последствия в случае неудачи, тайноведцы пытались доказать царю, что его требование неразумно и что такого никто ни от кого еще не требовал. "Нет на земле человека,- утверждали они,- который мог бы открыть это дело царю, и потому ни один царь, великий и могущественный, не требовал подобного ни от какого тайноведца, гадателя и Халдея. Дело, которого царь требует, так трудно, что никто другой не может открыть его царю, кроме богов, которых обитание не с плотью". Тогда "рассвирепел царь и сильно
