про то еще и тот крайне во многом недалекий Герцен некогда уж твердою рукой весьма верно так написал: «Когда бы люди захотели вместо того, чтобы спасать мир, спасать самих себя; вместо того, чтобы освобождать человечество, себя освобождать, — как много бы они сделали для спасения мира и для освобождения человечества». 304 А все потому, что, вполне осознав себя по-настоящему счастливыми и свободными, люди, обладающие живым и подвижным умом, всенепременно вскоре отыщут способ выразить все свои здравые мысли как раз-таки тем наиболее благодатным и вполне естественным путем. Ну а заодно и было бы тем действительно здравым суждениям и вправду затем суждено прийтись вот вполне еще по сердцу всему тому крайне уж совсем вот безнадежно простому народу. И для всего того им точно как-никак не потребуется довольно-то далеко в него смело до чего еще глубоко уходить. Раз той безупречно настоящей интеллигенции всегда так надлежит оставаться именно на том чисто на своем — самой природой и жизнью ей заранее от века уготованном — месте. И как раз оттуда, со своего родного шестка, она и может сколь благоразумно и праведно всячески обличать в чем-то всегда уж никак неправедную власть. Да вот, однако, все - это фактически сразу ее перепачкает липкою грязью всевозможных мелких дрязг, а в точности так и затронет ей саму душу той на редкость мелкой же сетью грубых и скотских интриг. Ну а для кое-кого нечто подобное было бы абсолютно никак, считай до чего еще вовсе так от начала и до конца безнадежно уж неприемлемо… Грязь мерзка только от употребления внутрь внешнее с ней весьма должное знакомство только лишь укрепит чью-то душу сделает ее принципиально сильней и устойчивее к любым внешним потрясениям. Хотя конечно же есть чего-то куда только явно получше. Раз без тени сомнения, с одного только виду и вправду окажется весьма многозначительно лучше, коли мы от всего этого прямо-то босиком убежим к «его величеству» народу, темнота которого, между тем, некогда стала буквально притчей во языцех. И, кстати, всякого и любого простого человека на редкость безостановочно просвещать светом самых искрометных, благих фантазий — дело вовсе-то ни в чем явно никак совсем неполезное, а, скорее, наоборот — более чем даже весьма отъявленно вредное. То есть столь грозно же громыхая словами всесильно переориентировать те единственное одним самыми откровенно приземленными представлениями мыслящие умы на некие те заоблачные дали нового
