-Большая, да. Но иногда мне кажется, что это не так. Иногда мне кажется, что ничего не изменилось.
Джулия легла и аккуратно расправила одеяло, чтобы оно накрывало их обеих. Она дотронулась до спины мамы и почувствовала, как та дрожит. Уж не лихорадка ли это?
-Мама... Ты здорова?
-Да. Просто я недавно открывала окно, чтобы проветрить комнату. И мне стало холодно.
"Ладно, поверим." Джулия придвинулась ближе к маме и обняла ее. Та вздрогнула, на миг Джулии показалась, что она сейчас стряхнет ее руку, но потом мама расслабилась, а ее дыхание стало ровнее.
Несколько минут они молчали.
-Я говорила плохие вещи, Джулия.
-О чем ты?
-Когда сказала, что ты дитя греха. Это неправда. Ты, как и Кэтрин, как и Мариэтта, была плодом любви. Просто ты... ты сильно изменила мою жизнь. Наверное, я была не готова. А твой отец...
-Женился на тебе по залету, как это часто бывает. Я знаю.- уже произнеся эту фразу, Джулия поняла, как грубо это на самом деле звучит. Куда грубее, чем недавнее мамино "дерьмо". -Извини. Мне не стоило так говорить.
-Да нет, это правда. Все так и было. А я... я еще не собиралась создавать семью. Я была молода и наивна, и даже растущий живот не изменил этого.- мамин голос дрогнул. -Я думала, что у меня впереди еще целая беззаботная жизнь. А потом он сделал мне предложение, и я поняла, что буду полнейшей дурой, если откажусь. Как другие самцы, он мог бы просто струсить и сбежать, но он оказался смелее, ответственнее... Глупо было бы не ухватиться за него.
"А потом он стал пить." Печальный конец этой истории Джулия слышала не один раз. Папа все-таки не смог выдержать свалившейся на него ответственности и все чаще искал покоя на дне бутылки. "Пьяная скотина, и за руль садился, нахлеставшись, как свинья.- говорила однажды мама дрожащим от ярости голосом. -Вот и получил, чего заслуживал."
Джулия была уверена, что и сейчас услышит что-нибудь в этом духе, она думала, что предугадала почти каждое ее слово... но мама удивила ее.
-Мне стоило быть мягче с ним. Мне нужно было хотя бы попытаться понять его, и причины, по которым он каждый вечер приходил в тот чертов бар... а потом в другой, когда из первого его вышвыривали, и в третий. Но я не видела дальше своего носа. А когда родилась Мариэтта... Боже, наверное, для него это стало контрольным выстрелом в голову.
Джулия почти до боли закусила губу. Ей вдруг стало
