-Я в порядке, мама. Честное слово, со мной все хорошо.
Конечно же, это было все равно что разговаривать со стеной. Бросив горящий взгляд на парочку полицейских, которые что-то лопотали насчет того, что готовы оказать помощь и вызвать медиков, мама поднялась вместе с Джулией на крыльцо и буквально втащила ее в гостиную.
-Ложись. Тебе нужно отдохнуть.
Джулия не протестовала, но едва мама вновь покинула дом, тут же вскочила и подбежала к окну.
Кэтрин стояла, обхватив себя руками и смотрела себе под ноги. Мама тем временем потрясала кулаками вслед уходящим стражам порядка, которые шли к своей машине, оглядываясь время от времени, словно боялись, что безумная женщина нападет на них.
-Я не даю вам своего согласия!- кричала мама. -Вы не будете резать мою дочь! Слышите? Вы и пальцем ее не тронете!
СЕЙЧАС.
Она чувствовала, что вот-вот уснет. Ярко светило солнце, дорога, по которой Джулия ехала, петляла и вовсе не была пустынной, но ей все равно казалось, что все вокруг пытается ее усыпить.
Каждые десять минут она прикладывалась к термосу с кофе. Он почти не помогал и Джулия уже начинала жалеть, что не купила пару банок энергетического напитка в магазинчике возле заправки. Может, хоть эта гадость слегка взбодрила бы ее. Вспоминался эпизод "Тома и Джерри", где Том, чтобы не уснуть, вставлял себе спички в веки.
"В моем случае их пришлось бы еще и зажечь."
Ее нынешняя сонливость - результат кошмарной бессонной ночи. Их было двое в спальне: она и письмо Кэтрин. Листок бумаги оказался слишком большим. Он будто набухал, словно наполнялся влагой, и в конце концов заполнил собой все пространство. Эту влагу Джулия ощутила на своих щеках.
Смерть матери не удивила и, пожалуй, не слишком сильно опечалила ее. Тут было нечто другое, нечто глубинное, потаенное и жуткое, что-то такое, в существовании чего Джулия и сама себе не хотела признаваться. Это был призрак, но не человека, а самого времени, самой жизни. Всего того, что казалось мертвым и похороненным глубоко-глубоко, глубже любого покойника. Тот призрак выбрался из письма Кэтрин, из каждой его строчки и каждой буквы, он восстал и теперь неотступно следовал за своей жертвой, дыша ей в затылок. Джулии казалось, что в этом дыхании ощущается запах влажной земли.
И все же это был призрак. Бесплотная тень, неспособная причинить вреда. Теперь же Джулия добровольно ехала на его могилу, дабы совершить эксгумацию.
