Джулия всерьез опасалась, что так и не сможет уснуть здесь, но стоило ей коснуться головой подушки, как эти опасения развеялись, будто утренний туман. Боже, какая же удобная у нее постель! Не сравнить с тем раскладным диваном, что она приобрела на распродаже. Всегда нужно лишиться чего-то, чтобы действительно начать ценить то, что у тебя было. Но и к комфорту привыкаешь слишком быстро: не факт, что следующей ночью Джулия будет так же кайфовать. Впрочем, не факт, что она вообще задержится здесь на еще одну ночь.
Джулия услышала, как скрипнула половица в коридоре. Тут же нахлынули воспоминания из детства: за этим скрипом всегда следовал еще один - это открывалась дверь ее спальни. Приходила мама, в ночном платье, с крестиком на груди, который слабо поблескивал в тусклом свете ночника. Она садилась на краешек кровати, целовала маленькую Джулию в лоб и пела ей колыбельную, либо читала молитву. Джулия всегда засыпала быстро и плохие сны тревожили ее очень, очень редко.
Вот открылась и закрылась дверь соседней комнаты - Кэтрин тоже пошла спать. Впрочем, зная ее, Джулия предполагала, что в ее спальне ночная лампа будет гореть еще полчаса: Кэт всегда читала перед сном. Кажется, даже в детстве ей не требовались колыбельные, она могла сама себя убаюкать.
Джулия уснула, и во сне ей явилась Мариэтта. Кэтрин рассказывала, что порой видит Мариэтту взрослой, и такие сны причиняют особенную боль - очень уж горьким оказывается пробуждение. Но Джулия увидела Мариэтту именно такой, какой она была в последние дни своей жизни - даже в той же одежде. Девочка сидела за столом в своей комнате, она была наклонена немного вбок - все дело в чертовом церебральном параличе. Тем не менее, руки Мариэтты, хоть и дрожали слегка, двигались очень ловко и уверенно. Вооружившись ножницами с затупленными концами, она вырезала буквы из какого-то глянцевого журнала. На столе перед ней был открыт блокнот, Джулия тут же узнала эти светло-розовые листки.
-Привет, Джулия.- сказала Мариэтта, не оборачиваясь. В отличие от Кэтрин, она никогда не называла ее "Джулс" или еще как-то. -Хочешь знать, чем я занята?
Джулия не видела ее лица, лишь затылок и спадающие каскадом золотистые волосы... прекрасные волосы, что уж тут говорить... но даже во сне она живо представила напряженную улыбку Мариэтты, которая всегда появлялась на ее губах, когда она была занята чем-то, что требовало особенной сосредоточенности.
