операция ведь не была такой уж сложной. В тот день, моему пациенту доставили донорскую печень, и медлить было нельзя. Я сразу же бросился в больницу. Когда я его встретил, то посмотрел в его глаза, он был крайне спокоен, хотя на днях был жутко напуган и даже звонил мне. Я думаю, он что-то предчувствовал, знаешь, иногда у людей срабатывает это шестое чувство, и они начинают косвенно осознавать, что стоит поступить так, а не иначе. Но вот перед операцией он был спокоен, и я думаю, он просто смирился. Ему ввели наркоз, и он уснул. Операция шла хорошо, я даже успел пересадить парню его будущую печень, но вот швы я зашить не успел. Помню, как сейчас. В операционной играла классическая музыка, она меня очень успокаивает. У меня дрогнуло все тело, и я полетел на пол. Игла выпала из моей руки, все приборы тоже полетели на пол. Скальпель пролетел в миллиметре рядом с моим лицом. Операционную прорезал длинный глубокий разлом, и прямо в него и провалился мой пациент, я еле успел отползти от края, чтобы меня не утащило за ним. Мой напарник и медсестра, что находились рядом, тоже чуть не угодили в эту чертову пропасть, но я помог им выбраться. Потом мы выбежали из больницы, и я бросился к своей машине, ее всю засыпало комьями земли и мусора, но она не пострадала, зато соседним автомобилям досталось посерьезней. – Господи. Видимо от судьбы действительно не убежишь. Представляю, как родные того парня отреагировали. – Судьба здесь не причем. Ему просто не повезло, как и многим в тот день. Семья того парня пришла через пару дней ко мне домой, надеясь услышать хоть какие-нибудь известия. Но мне нечего было им сказать. Того парня звали Кайнан Собонгуй. Ему было столько же, сколько и нам с тобой, когда это случилось. У него остались жена и новорожденная дочь. Не хочу даже думать, как они справятся с этим. – Терять родных всегда тяжело, но ведь ты хотел рассказать о чем-то еще? – Да. Когда я сел в свой форд, думал, что здесь-то наверняка невезение застанет меня в врасплох, но мотор завелся, и я помчался домой. Благо наша улица не пострадала от землетрясения, ведь мы живем на окраине. А трещины в большей степени проходили по центру. Я первым делом бросился проверять, цела ли Кэндис. Но дома ее не оказалось. Тогда я подумал самое ужасное, что она погибла или раненная где-то нуждается в моей помощи. Как только эта мысль пришла мне в голову, то я тут же решил, что буду кататься по городу до тех пор, пока не найду ее. Но пробегая возле спальни, я увидел краем
