- Мариш, ну где ты там? Вода почти закипела! Я со вздохом застегнула сумку и забросила её в багажник. - Иду я уже, иду! Ребят, зелёного чая нет, только чёрный. Что будем делать? Я подошла к костру и отдала пачку с чаем главному по тарелочкам, то бишь повару Ване. - Ну, прям даже и не знаю.... - протянул он задумчивым голосом, разглядывая упаковку. - Ситуация просто безвыходная, как мне кажется. Но я что-нибудь придумаю. - Уж постарайся, братец повар, придумай,- прогудел Синий Мамонт. Мамонт - потому что большой, а синий - потому что "какого цвета пьяный мамонт?". Правильно. Я села на свободное место у костра, вытянула ноги и оглядела компанию. Друзей. Сейчас и не вспомню даже, как мы все познакомились, но чувство, что мы знаем друг друга целую вечность, крепнет с каждой встречей. Кто-то пошевелил дрова в огне, и сноп искр сорвался в вечернее небо. Пахло дымом и речкой, и чаем с чабрецом (Ваня всё-таки "придумал"), надрывались хором лягушки, бренчала настраиваемая гитара, и так хорошо стало на душе, так тепло, словно этот костёр согрел всех нас изнутри, каждому подарив маленькую юркую искорку. Наконец, Наташа настроила гитару, и заиграла что-то из Мельницы, кажется, Дороги, или Господин горных дорог, или... Ну, слово "дорога" там точно было. Но слова, кроме исполнительницы, никто точно не помнил, так что подпевали кто во что горазд. Потом Ваня раздал чашки с горячим чаем, и песня сгинула окончательно. Я прихлёбывала обжигающий напиток,щурилась на огонь и просто наслаждалась моментом. - А давайте рассказывать страшные истории?- предложила Лика, жена Мамонта. Высокая, накачанная, удивительно спокойная, она странно смотрелась рядом с мужем - я всегда думала, что большие мужчины выбирают исключительно миниатюрных женщин, для контраста, или там противоположности притягиваются... - Ага, давайте-давайте, а потом поднимется ветер, костёр неожиданно погаснет, из кустов раздастся жуткий то ли крик, то ли вой, и нам срочно понадобится разузнать, что же там такое? И для удобства мы, конечно же, решим разделиться,- поддержал идею кто-то. Все заржали. Лика смущённо притихла. -Марина....Марина... Меня кто-то трогает за плечо. Я моргаю, сбрасывая наваждение. Стою в картинной галерее и таращусь на одну из картин. Вечер у костра. Снова лёгкое прикосновение. Это Юрий, вспоминаю я, автор этих самых картин. -Вы увидели его. Вечер у костра. Он не спрашивает, он и так
