-Я видел океан.- вдруг сказал я. -Я его видел, а ты никогда не увидишь.
Я сказал это таким тоном, словно это все объясняло. И, черт побери, я действительно считал, что это все объясняет.
Мэри воззрилась на меня так, словно я и правда заговорил на другом языке. А я не стал ждать продолжения и просто вышел из комнаты, по пути выключив ультрафиолетовую лампу возле шкафа - ни к чему без надобности сажать батарею. Через неделю Мэри заявила, что хочет навестить своих родителей, живущих на другом конце страны. Я не возражал - эта неделя стала самой тяжелой и страшной для нас обоих, а дочь страдала, видя, как грызутся ее родители. Я понимал, Мэри жаждет хотя бы на время сбежать от спятившего мужа.
-Анна останется здесь, со мной.- твердо сказал я и моя жена тут же согласилась. Я должен был насторожиться. Черт, я должен был насторожиться уже тогда!
Вернувшись домой накануне дня ее отъезда, я тут же заметил странную тишину, окутавшую дом. Худшие опасения подтвердились: Мэри обманула меня.
К холодильнику была прикреплена записка. Буквы скакали и наезжали друг на друга. Она очень торопилась, когда писала это.
Она сдала билет и отправилась автобусом. "Я еду к подруге, с которой знакома со школы.- писала Мэри. -Не пытайся искать меня, это бесполезно. Я сама позвоню тебе через неделю или около того и мы поговорим ещё раз. Если ты дорожишь нашей семьей, то сделаешь то, о чем я тебя просила. Анна со мной, тебе не нужно волноваться о ней."
-Не нужно волноваться?!- громыхнул я в пустой кухне. -Ах ты дрянь! Не нужно волноваться?
Черная ярость захлестнула меня, такая же, как спинки этих тварей. Я скомкал записку и хотел сжечь, но потом, спохватившись, разгладил и перечитал предпоследнюю фразу.
"Если ты дорожишь нашей семьей, то сделаешь то, о чем я тебя просила."
Я невесело хохотнул. Сделать то, о чем она просила - значит сдаться на милость людей в белых халатах, которые быстренько наденут на меня смирительную рубашку и напичкают таблетками, а через пару недель я уже сам поверю в свое сумасшествие. Этот вариант я даже не рассматривал.
-Тварь.- выплюнул я.
Я подумал в тот миг, что на нашем браке можно ставить крест, и даже не слишком расстроился, я просто мысленно отметил это, как факт, не слишком сильно влияющий на мою жизнь и не особо меня волнующий.
Но я беспокоился за свою дочь. И сейчас, когда я пишу эти
