/> Девять, семь, пять, три. Вы вообще можете вспомнить хоть одно животное с нечетным количеством конечностей? Не считая каких-нибудь инфузорий и, с большой натяжкой, улиток, чей единственный орган движения называется "ногой".
Тварь с семью лапами выглядела, как живой пример эволюции членистоногих - от пауков с восемью ногами к насекомым с шестью. Но разрази меня гром (нет, мне не страшно), если я могу представить, что когда-то по нашей старушке-Земле ходили твари, у которых с одной стороны тела три лапы, а с другой четыре!
Позже, изучив сей вопрос, я убедился в своей правоте. Это называлось билатеральной симметрией. Проще говоря, природой задумано так, что одна половина тела живого существа является зеркальной копией другой половины.
Отсюда можно сделать вывод (впрочем, давайте буду честным, я этот вывод сделал гораздо раньше), что твари эти - не от мира сего, в самом буквальном смысле.
К вопросам "что они такое?" и "чем они заняты?" прибавился ещё один: "откуда они взялись?"
Впрочем, я не тешил себя надеждой, что узнаю ответ на этот вопрос, как и на все остальные. Я будто смотрел один из тех фильмов "не для всех" и оказался явно не тем, для кого он был снят. В какой-то момент я даже подумал: есть что-то несправедливое в том, что именно я их вижу. Кто-то другой, более умный, быть может, более догадливый, мог бы понять больше, чем понял (или лишь думаю, что понял) я. Но это бремя досталось именно мне. Почему? Ещё один вопрос без ответа.
Впрочем, сейчас я больше склоняюсь к тому, что если бы про этих тварей узнал Альберт Эйнштейн, мир никогда не увидел бы теорию относительности, зато он увидел бы, как прекрасный, перспективный ученый превращается в пьяницу и сумасшедшего.
Не помню, как я уснул в ту ночь... я был почти уверен, что не смогу сомкнуть глаз. Прежде, чем выключить лампу, я подумал о том, чтобы пройтись ею по своему телу и прикончить десяток-другой этих тварей. Потом я представил, как их растекающиеся внутренности прилипают к моей коже. И остаются там, остаются, наверное, навсегда, на всю мою чертову жизнь.
Тогда как живых "жуков" ещё можно прогнать.
Утром случились две вещи. Первая... Первая, наверное, может быть не так важна для этого повествования, для истории в целом, но я ведь и так уже часто отвлекался, не так ли? Если я сейчас резко перейду к изложению сухих фактов, превратив историю в своеобразный отчет, это не
