Я сосредоточился на одном из "жуков". Как я уже говорил, это было очень трудно - вычленить один экземпляр из всей массы, но только так я мог изучить их, понять, хотя бы примерно, что они собой представляют и чем занимаются.
Честно говоря, я до сих пор не понял, кто же они такие на самом деле. Но что они делают и каковы их функции... О, тут у меня есть теории. Много теорий, одна другой страшнее. Думаю, позже я выскажу одну из них. Так вышло, что самая худшая кажется мне и самой правдоподобной.
Их хоботки, та самая часть тела, что делала их похожими на жуков-долгоносиков, двигались будто бы отдельно от них самих. Я внимательно наблюдал за "жуком", которого выбрал в качестве объекта изучения, и видел, что его хоботок движется порой совершенно хаотично. Часто это движение даже не согласовывалось с направлением, в котором ползло это существо. Представьте, что вы идете в какую-то сторону, а ваша рука, вместо того, чтобы равномерно покачиваться вдоль тела, начинает выделывать какие-то неведомые кренделя в воздухе. Наверное, такие проблемы возможны у человека, страдающего от серьезных проблем с нервами.
"Жук" явно не страдал, хотя его психованное рыльце жило своей жизнью. Но в какой-то момент это безумие вдруг прекратилось: хоботок остановился и... впился в мою кожу.
Я застонал, хотя боли не было, и взмахнул рукой, в очередной раз забыв, что не могу воздействовать на этих тварей... по крайней мере, на таком уровне.
Немного успокоившись, я вновь вернулся к изучению. Почти весь хоботок исчез под моей кожей прямо над указательным пальцем. Разумеется, никакого укола я не почувствовал.
Врачи убеждают детей перед прививкой или анализом крови, что будет совсем не больно - как комарик укусит. Не очень удачное сравнение, но дело не в том, что укол шприца все же гораздо болезненнее, и не в том, что комар - очень неприятное насекомое, способное переносить целый букет довольно опасных вирусов и бактерий. Просто укус комара вовсе не назовешь таким уж легким. Я помню одно жаркое лето из своего детства, комары роились над моей кроватью, и как бы я ни укрывался одеялом, я все равно слышал их, эти маленькие жужжащие бомбардировщики, и стоило только неосторожно высунуть руку или ногу, на ней тут же появлялся свежий волдырь. Но до этого я обязательно чувствовал укол.
Теперь же, глядя на это странное и жуткое нечто, вонзившее в мою кожу свой хоботок, кстати,
