скорее миллионов крошечных хоботков. Именно они создавали вибрацию, вибрация превращалась в волны, а волны поднимались и опускались, как настоящие, океанские, в ветреную погоду.
Меня подташнивало, но я продолжал наблюдение. Я понял, что этих тварей не интересует одежда, они не сидят на ней. Когда я решился приподнять одеяло, осторожно, ибо сон Мэри был достаточно чутким, то увидел, что ее ночная рубашка абсолютно чистая: ни одной твари на ней нет.
"А под ней?"- подумал я с содроганием и решил, что знаю ответ на этот вопрос. И все же одних догадок мало: кончиками пальцев я оттянул край шелковистой ткани и застыл, глядя на то место, где должно было быть аппетитное тело моей жены. Лишь благодаря тому, как плотно "жуки" (я уже решил, что для простоты буду называть их именно так, хотя какой-нибудь энтомолог, наверное, поседел бы, увидев этих тварей) облепили ее грудь, живот и бедра, я мог понять, что никуда она не делась, моя жена все ещё здесь, рядом со мной, пусть и покрыта с ног до головы какой-то нечистью.
Если бы она сейчас проснулась и увидела, как я разглядываю ее, она бы просто решила, что я вдруг захотел ее посреди ночи. Но боже мой, если бы она только коснулась меня, я бы просто закричал. Я смотрел на то место, где должно быть влагалище, и представлял... о, меня стошнит, если я напишу, что я себе представил. Если кратко: я понял, что в ближайшее время буду избегать близости, как только смогу.
Но ведь мы спим в одной кровати. Эти твари могут легко перебраться на меня.
Я посмотрел на свою руку, сжимающую лампу. Все нормально. Все просто замечательно. Если это болезнь, я пока ещё не болен.
Я отошел от постели и совершенно случайно заметил его: черный ручеек, бегущий по полу. Нахмурившись, я опустился на колени.
Это были они. Они двигались по полу, но не толпились почти на одном месте, лениво перелезая туда-обратно, словно коалы с одной ветки эвкалипта на другую. Их движение было очень явным и целенаправленным. Сейчас они более всего напоминали каких-то насекомых, но уже не жуков, ибо те не собираются в такие стаи, а каких-нибудь общественных, например, муравьев.
И эта мысль подвела меня к простому выводу: если есть муравьи, значит должен быть и муравейник.
Вначале я проследил за движением существ, чтобы убедиться, что они ползут именно туда, куда я думаю: к моей жене. Действительно, они поднимались по ножкам кровати, потом легко, без малейших усилий, словно законы земной
