выйти на улицу в грозу. А вот людей с газонокосилками я до сих пор обхожу стороной.
Но увидел я что-то совсем другое. Что-то странное, что-то непонятное, будто кадр из другого видео, врезанный в какой-нибудь фильм. Время шло и мне почти удалось убедить себя в том, что мне все это пригрезилось...
Но был лишь один способ проверить, не так ли?
Однажды ночью я все же включил лампу. Я провел ею на лицом Мэри. Одну руку я держал у себя во рту, как малый ребенок. Таким образом я старался сдержать свой крик.
Я почти не видел свою жену под этой живой, копошащейся массой.
Я наклонился ниже, насколько осмелился. Я быстро представил себе, как эта черная "бяка", как выразилась бы Анна, приподнимается, тянется к моему лицу все сильнее, постепенно превращаясь в одно громадное щупальце. Кажется, я вообразил что-то вроде Венома, но сам я отнюдь не чувствовал себя Человеком-пауком. Приглядевшись и даже задержав дыхание, чтобы не разбудить жену теплым воздухом, я наконец-то увидел самое главное: черная масса в действительности состояла из миллиона частиц, очень маленьких, не больше трех-четырех миллиметров в длину. Они беспрерывно двигались, наползали друг на друга, даже тонули в самих себе, а потом вылезали вновь на поверхность. Выделить среди них кого-то одного было невозможно - вы ведь не можете, любуясь на водопад, приглядеться к отдельной капле? Но я пытался и в конце концов сумел рассмотреть самое основное. Другие, более мелкие детали, я смог рассмотреть немного позже.
Существа имели чуть вытянутую, овальную форму тела и более всего походили на жуков. Нет, на самом деле эти твари были похожи на жуков, как барракуда похожа на русалку, но если уж нужно с чем-то сравнить, то жуки были ближе всего. Более того, я даже подумал о конкретном виде: жуки-долгоносики. Вы наверняка могли видеть их летом, они бывают крупные, маленькие, темные, яркие, самые разные, но у всех есть особенность - длинное рыльце, похожее на хоботок. На самом деле, конечно, хоботком это не назовешь, это не то же самое, что ротовой аппарат комаров. Скорее это такая необычная голова.
Но у этих существ данная часть тела шевелилась и дрожала, как желе. Смотреть на это было так же неприятно, как на всю эту живую массу в целом. Увидев все эти подробности, я осознал, что ощущение непрерывного движения связано не столько с постоянным копошением этих существ, когда они ползают друг по другу, перемещаются с места на место, сколько с шевелением тысяч, а
