солнце в миниатюре, застрявшее среди досок и поваленной мебели, которая каким-то чудом не вспыхнула. Она уже должна была полыхать ярким пламенем, но ещё даже не занялась. Шар света искрился и бился, как гигантское огненное сердце, и Кристина понимала, что стены дрожат в такт этим пульсациям.
Удивительно, но она не чувствовала жара и не видела всего, что было вокруг. Такой яркий источник света, кажется, способен превратить ночь в день - почему же ее дом до сих пор погружен во мрак?
Огненный шар вдруг словно стал ярче и ещё больше. Кристина, уже спустившаяся на несколько ступеней, отпрянула и чуть не упала. Шар вырвался из ямы, в которую провалился. Но как он вообще попал сюда?
Кристина подняла голову и, кажется, все же разглядела его: огромный разлом в крыше. Оттуда, из ночной тиши, из самого неба, беззвучно падали серебристые снежинки.
Шар света, зависший было в воздухе, двинулся вперед, постепенно увеличиваясь в размерах. Кристина запаниковала и бросилась обратно, в спасительный мрак. Спотыкаясь о собственные ноги, она ворвалась в спальню и захлопнула дверь. Она чувствовала, что свету нипочем любые преграды и кинулась к окну. Внизу - холодная, твердая земля, но сейчас ей было наплевать. Кристина подняла руку, чтобы открыть окно, но обнаружила, что ей не за что уцепиться. Перед ней было лишь идеально гладкое и при этом странно изогнутое, будто уходящее вверх наподобие купола стекло. Девушка принялась бить в него кулаками, но все было бесполезно, оно даже не треснуло.
Дверь за ее спиной треснула, вспыхнула и начала разваливаться. Из груди Кристины вырвался безумный вопль, когда огромный сноп искр влетел в комнату, забрызгав все вокруг жидким огнем. Вслед за отдельными искрами явился и их источник. Он рос, расширялся, и Кристина острее прежнего чувствовала, что ей нечем дышать. Грудь сдавило, легкие разрывались на части. Проникший в спальню свет все же озарил часть стены и Кристина вновь увидела его: выключатель. Черная кнопка осталась в том же положении.
Кристина бросилась к нему, но язык огня лизнул ее бедро и отбросил обратно, легко, как тряпичную куклу. Наконец-то в спальне стало действительно жарко, от этого жара лопнуло зеркало. Осколки посыпались на лежащую ничком Кристину, один застрял в груди, другой вонзился в живот. Все ее тело вдруг стало липким от крови, в ноздри ударил знакомый запах, но к нему теперь примешивался ещё один: жарящегося мяса. Видя, что к стене не подобраться, Кристина вновь подбежала к
