под названием «Пятак с гранатой». Здесь в мраморе на небольшом пятачке земли, который удалось отбить у врага, был за-пят-о-члён Пятачок с бутылкой, содержащей какую-то мутную жидкость. Предположительно это была зажигательная смесь. Лесные жители, присутствующие при открытии мемориала, выступили с зажигательными речами и снова отправились на битву. А совет в гнезде Филина в это время уже закончил разработку стратегических планов. Было решено: во-первых – ни в коем случае не отдавать противнику центр Леса – Вечный Огонь; во-вторых – главный удар нанести на правом фланге; в третьих – загнать врага в его логово и разбить там. Укрепив позиции у Вечного Огня, Ставка сосредоточила основные силы на правом фланге. И вот началось наступление наших войск. Во главе шёл Баран Клыкан. Только здесь – на поле боя, обитатели Леса поняли, сколь велик был их могучий друг. Он как танк прорывался сквозь вражеские полчища! Клыкан наступал клином, излюбленным рыцарским строем. А если по-простому – он пёр свиньёй. Клыкан так глубоко вклинился в оборону противника, что у многих воинов Буряковой Лисицы наступала клиническая смерть. Их так заклинивало, что они и шевельнуться не могли. «Клин клином вышибают»: говорил Баран в таких случаях, вышибал заклиненных врагов своим клином и пёр дальше. Он шёл на Пролом, проламывая вражескую оборону. Через три часа упорного боя Пролом был взят нашими войсками, но Баран Клыкан на этом не успокоился и продолжал наступление. Он сокрушал целые топы воинов Буряковой Лисицы. Там, где Клыкан рогом боднёт – во вражеских рядах появлялась улочка, там, где клыком кольнёт – переулочек! И вот уже всё поле боя укрыто поверженными злодеями – падшими (так называются те, кто пал от удара рога) и павшими (так называются те, кто пал от клыка). Однако Ставка Верховного Главнокомандования, допустила в своих расчётах одну стратегическую ошибку, которой не замедлили воспользоваться наши враги. Ставка слишком увлеклась наступлением на правом фланге, где было сосредоточено около 90-та процентов живой силы и техники. В результате оголился левый фланг нашего фронта – там осталось около 6-ти процентов войск. Был ослаблен резерв верховного главнокомандования – там осталось всего 3 процента, да и те находились в районе правого фланга. И, самое страшное, был оголён центральный участок фронта. На защиту центра смогли мобилизовать всего лишь 1 процент воинов. Здесь положение сложилось угрожающее. Враг упорно рвался к сердцу Леса, к его главному месту,
