(Рим. 1:7). Или вот, к Филиппийцам: «Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу» (Фил. 2:6). Видишь – по словам Иоанна Златоуста, грека, который вовсе обходился без перевода, в этих местах говориться о Боге Отце, а артикля тоже нет! Как видишь, если в Писании есть сложные места, мы вполне можем объяснить их с нашей, православной точки зрения. Что ты говоришь? Христа стали считать Богом после эпохи императора Константина Великого?! Прости, друг, но это мнение ошибочно. История сохранила книги христиан, которые жили до Константина. И в этих книгах Христос тоже называется Богом! Вот, например, «Послание к римлянам» мученика Игнатия Антиохийского. Он пишет: «дайте мне быть подражателем страданий Бога моего». А кто этот страдающий Бог? Только Иисус Христос! И написаны эти слова задолго до рождения Константина, в начале второго века, при императоре Траяне. Кстати, ты зря так пренебрежительно относишься к христианам, которые жили после Константина. Дело в том, что именно они определили, какие именно тексты составят канон книг Нового Завета! Ты мне не веришь? Напрасно. Вот смотри, у меня есть ещё одна книга. Автор Григорий Богослов. Тоже грек, и тоже православный христианин. А теперь раскрываем книжку вот на этой странице, и что мы видим? Мы видим письмо под названием «О подлинных книгах боговдохновенного Писания». Читаем: «И язык и ум непрестанно упражняй в Божиих словесах!.. Но чтобы ум твой не был обольщен чуждыми книгами (потому, что много книг подложных, причисленных к Писанию несправедливо), прими от меня, любезный, следующее верное перечисление». И дальше следует перечисление книг Ветхого и Нового Завета. Григорий Богослов жил после Константина Великого. Если быть точным, то Константин умер, когда Григорий был ещё маленьким ребёнком. Но даже тогда канон Библейских книг не принял окончательного вида, иначе этого письма просто не существовало бы! Более того – если ты прочтёшь письмо Григория внимательно, то увидишь, что он не включил в свой список книгу «Откровение Иоанна Богослова». Да, да – вопрос о включении этой книги в число книг Нового Завета был окончательно решён ещё позже! Церковь чтит Книгу, чтит Святое Писание. Но Церковь важнее Книги. Вспомни, что говорил апостол Павел. Господь и Бог приобрёл Своей Кровью – что? Книгу? Нет – Церковь! Церковь важнее, и именно Церковь решила, какой именно будет окончательный вид Книги! После смерти Константина решила, заметь! Именно та
