столб. И там было изображение Господа, прибитого к столбу без поперечин. Знаешь, Свидетель – я уже говорил тебе, что не силён в языках. Но читал вот что – после времен Александра Македонского греческий язык несколько изменился. И слово «ставрос» начало означать не только «столб», но и орудие пыток или крест! Ты напрасно морщишься. Все знают, что филология наука не точная и слова не редко меняют свой смысл со временем. Скажем, слово «прелесть». Сейчас это означает нечто приятное, очаровательное, прекрасное. Но изначальное значение этого слова иное. «Лесть» - это ложь. «Прелестный» - это «сверхлживый». Такое значение это слово сохранило в церковнославянском языке. Как видишь – слово одно, а значения совершенно разные. И если говориться, что дьявол вёл какого-то человека в прелесть, то это не означает, будто дьявол сделал для него нечто прекрасное! Это значит, что сатана обманул человека и погубил. Так что слова меняют значения. То же случилось и со словом «ставрос». Не стану изображать из себя знатока истории, но, насколько мне известно, Церковь всегда считала, что Господа Иисуса Христа распяли именно на кресте. Что ты говоришь? Наша Церковь - это не больше, чем просто люди? А помнишь времена апостольские? Апостолы тоже были просто людьми. Но вспомни спор о соблюдении закона Моисея среди обращенных в христианство из язычников? Тогда апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения дела, приняли решение и написали братьям из язычников так: «Угодно Святому Духу и нам не возлагать на вас никакого бремени кроме сего необходимого: воздерживаться от идоложертвенного…» и так далее (Деян. Гл. 15). Обрати внимание – они написали не просто «угодно нам», но «угодно Святому Духу и нам»! То есть они люди, конечно, но не только люди! Они – представители Церкви Христовой, которая больше чем просто человеческое общество. Она – Тело Христово, в ней живёт Святой Дух! Так было тогда, так осталось и сейчас. Наша Церковь с апостолов началась, мы – приемники их веры, из поколения в поколение, через века. Мы – та же Церковь Христова, что и в первом веке. И Дух Святой не покинул Церковь! И Он не допустил бы, чтобы Церковь ошиблась в таком важном вопросе. О чём ты спрашиваешь? Если бы Христа застрелили из пистолета или зарубили топором, то мы носили бы на шее изображение топора или пистолета? Знаешь, я не настолько умён, чтобы решать такие вопросы, но я не вижу в этом ничего невозможного. Думаю, мы не стыдились бы, если бы Господь умер
