не оставило в покое, захотелось узнать приключения остальных обитателей зверинца, видимо гнусные предупреждения обладали какой-то магической притягательностью, и директор снова углубилась в чтение. "… Одна не в меру любопытная девица прильнула к решетке, кидая кусочки хлеба нашим питомцам — Проше и Лере, иногда оборачиваясь и рассказывая остальным, что это самые мирные птицы, они являются символом верной любви. Не знала она, что Лера — супруга Проши (тот лебедь, что поменьше) чрезвычайно ревнивая лебедушка, ее всюду мерещатся соперницы. Она схватила девицу за свесившиеся за ограждение длинные волосы и взлетела. Над зоопарком вознеслись такие страшные вопли, что все животные, включая даже льва, в страхе попрятались. В результате девица пожизненно теперь ходит в парике, так как вся голова у нее в проплешинах. В этом есть и свое преимущество: лысая голова не нуждается в шампунях и не имеет перхоти. А вы хотели бы избавиться навсегда таким способом от перхоти?" — Так! Все! Хватит! сейчас последнее и больше не читаю! — и только хотела пройти к волнистым попугайчикам, размышляя, что за фантасмагория там сочинена: стаей заклевали насмерть подошедшего? или один из них влетел в рот посетителя? — как сзади скрипнула дверь. С двумя ведрами наполненными комбикормом появился Михаил. — Здравствуйте, Петровна, — весело приветствовал он директора. — Что вы натворили! — перешла сразу к делу директор. — А что? — Своими глупыми надписями, — указала она на таблички, — вы дискредитируете наше заведение. Животные политы грязью с головы до ног. Понимаете вы это или нет? — Гм… мм... — Что мычите? — Так образность же… работает эффективно. — Сейчас же удалите эту галиматью. Эти истории будут передаваться из уст в уста в течение нескольких поколений, не отмыться за десяток лет, — возмущалась Антонина Петровна. — Успокойтесь, успокойтесь, — засуетился Михаил, — я понял. Так бы сразу и сказали… отмою назад с лап до головы, напишу только хорошее… Кто ж знал?.. — Веревку тоже уберите. — А как с нерадивыми посетителями быть? Директор замолкла в неопределенности. — Напишите предупреждение то, что раньше у входа висело, вместо историй. — На каждой табличке? — Да. — Хорошо, — кивнул Михаил. — И никакой отсебятины! Михаил опять закивал. Антонина Петровна поспешила в контору. При входе ее Света положила трубку, подобострастно зашептала:
