разговор о крокодиле. Очевидной оказалась и взаимосвязь между посещаемостью зоопарка и страшными предупреждениями на табличках. Антонина Петровна прошла дальше, предчувствуя недобрую историю и на следующей табличке. Здесь жил питон Шершавик. Глядя на неподвижную горку лежащего на коврике пятнистого шланга, подумалось: вот про него уж точно ничего плохого не скажешь, совершенно спокойное пресмыкающееся, лежит годами свернувшись клубком, меняется лишь положение клубка, да его форма. Разумеется, не ядовитый. А чтоб не пролез сквозь прутья вольера, по периметру решетки снизу прикрепили широкую полосу плексигласа. Предчувствие не подвело, реальность оказалась еще горшей, чем она предполагала. Кровь стыла в жилах и мороз пробирал по коже от истории с питоном, где он представал перед обывателем едва ли не ужасающей анакондой из индейских легенд. "… Не бросайте еду питону! Это опасно! Одна женщина указывая на питона малолетней дочери назвала его "хорошим червяком на рыбалку папе". Обиженный питон ласково обнял женщину. И так на десять оборотов. С каждой петлей все плотнее стягивая ее в объятьях любви. Затем безмолвно показывая орущим в панике посетителям раздвоенный язык, двусмысленно дал понять на каких условиях отпустит орущую от страха обидчицу его достоинства. Пришлось всем посетителям выгрузить в его клетку все мясное из сумок, лишь после этого он раскрутился и тетеха свалилась. Уже со сломанными ребрами. А ведь питон не был голодным, его неправильно поняли. Просто хотел, чтоб оставили в покое!" — Боже мой! Боже мой! Как опорочили беднягу! — запричитала Антонина Петровна, с жалостью глядя на змею. Та в это время медленно поползла вверх и начала накручиваться вокруг сухой ветки торчащей с потолка. Антонине Михайловне стало понятным, что напротив любого вольера, с даже самым безобидным животным будет описана страшная история отношений его к посетителям. Постояв некоторое время в нерешительности, то ли прекратить глупости читать, то ли продолжить, решила пройти дальше-таки. Два лебедя, чистенькие, беленькие, плавали в озерке небольшом, вплотную витыми шеями друг к другу, образуя ими по форме любовное сердечко. "Не разлей вода, милые птицы" — умилилась директор. Она всегда умилялась, когда видела лебедей, их грациозным плавным движениям на воде и белоснежной красоте. На таблички Антонина Михайловна решила больше не обращать внимания, предположить что там написано не составляло большого ума, однако любопытство
