За стеклами машины в свете фар косыми штрихами летели белые хлопья снега. Мокрые и липкие от нежданной январской оттепели. Мелькающие стеклоочистители едва успевают их сметать, как тут же на стекла бесшумно шлепаются новые, застилая обзор. Вдобавок темень — не зги, луна как в воду канула, еще только девять вечера, а едешь, словно в дремучем лесу, еле видно дорогу, более-менее заметными ориентирами выплывают по сторонам корявые силуэты стоящих в белых шубах деревьев. "Эка метелит-то, так недолго и врезаться в что-нибудь" — размышляла Антонина Петровна, осторожно продвигаясь по извилистым переулкам на своем седане. Наконец появился знакомый проезд с рядом гаражей слева, осталось немного, метров полсотни, затем повернуть вправо, а там и дома. Точнее ехала она не совсем домой, а к зятю, какой был женат на ее старшей дочери Ане, и сейчас, в связи с тем, что по некоторым обстоятельствам ей не довелось отпраздновать Новый год в семейном кругу дочери, как планировалось, она решила компенсировать обещанное сегодняшним вечером, спустя две недели после праздников. А то обидятся молодые, подумают что сторонится, опять же Дашу, внучку повидать надо, подарок ей обещала. И не только ей, молодым тоже: Ане — зимнюю куртку с красивым дизайном в цветочном стиле, зятю Савве — машинку для стрижки немецкую. На последнем стоит немного задержаться, ибо именно такие вещи опровергают стереотипы о злых тещах. Антонина Петровна относилась к тем практичным людям, которые прежде чем дарить что-либо кому, узнают нужды одариваемого. И одной из тяжких нужд ее любимого зятя были… нет, не быстро растущие волосы, как наверное подумалось уважаемому читателю, не совсем это. Его страшно донимало другое: очереди. Он ненавидел их до тошноты. Стоишь в такой цепи множества себе подобных, нуждающихся в чем-либо, задыхаешься в духоте спертого воздуха в помещении, или на жаре улицы, ноги затекли, переминаешься с одной на другую, внутренне клянешь последними словами служащих заведения в котором не предусмотрели быстрого обслуживания или выдачи мелкого документа, млеешь от сидения в тупом ожидании перед кабинетами врачей или чиновников и ругани возле них. Чувствовал Савва себя после очередей настолько дурно, что однажды чуть не потерял сознание в почтовом отделении в ожидании за получением бандероли. И ладно бы в больнице, тут можно как-то понять — узкоспециализированный врач один на весь город, или при оформлении какой-нибудь ОСАГО (куда деваться, машина роскошь, тут терпи!), а то ведь
