Я зашла в квартиру, незаметно и тихо открыв дверь. Я прошла коридор и гостиную и зашла в спальню, в которой на кровати спокойно спала та парочка.
Сначала я подошла к этой суке. Когда я увидела, что это Люда, я чуть не закричала от внутренней боли. Когда я все осознала, я вонзила Люде нож прямо в сердце. Она даже не
пошевельнулась. Наверное,
почувствовав или услышав шорохи, проснулся Паша.
- Ты? Что ты... О Боже, ты убила ее! Ты чокнутая!
- Я же говорила, что ты ожалеешь! Как давно ты с ней крутить шуры муры у меня за спиной?
- Неделю.
- Ты бабник и сволочь. Ненавижу тебя. За что ты так повелся? Не со мной... С ребенком.
- Он мне не нужен. Как и ты.
- Ну что ж, прощай.
- Что? - я сделала с ним все так же, как и с Людой и снова повторила: Прощай.
Я ушла из этой квартиры. Тогда я ни о чем не сожалела, но то, что я сделала, не утихомирило мою жуткую боль. На следующий день я отправилась к брату. За такие частые навещания, мне приходилось платить. Но деньги у меня были. Олег рассказал мне как он, сказал, что через месяц его освобождают. Я была рада за него. Я видела, что его что-то тревожит. Сначала он не решался, но все же спросил:
- Ты сделала это?
- Да.
- И что дальше?
- Не знаю.
Мы еще поговорили и попрощались:
- Олег, береги себя.
- Ты так говоришь, словно мы больше не увидимся.
- Нет, что ты.
Я поехала домой. В квартире была ужасная вонь. Это ''пахла'' моя мамаша. Я села на пол, обхватив голову руками. Потом я вытащила с сумки дневник. Его отдал мне Олег перед тем, как я уезжала. Я бросила этот дневник об стену. Мне было жутко плохо. Я была одна. Я начала плакать и биться головой во что-нибудь, чтобы
почувствовать хоть что-то, кроме терзаний совести и душевной боли. Я не контролировала себя. Это похлеще ломки наркомана. Что это такое я знаю, ведь я видела Олега, когда он употреблял. Он старше меня всего на 2 года. В тюрьме он уже 5 лет. То, что
сейчас творилось со мной - хуже
наркоманской, да и вообще какой-толибо ломки. Смесь с боли, разочарования, отчаяния, мучений совести - похлеще ломки.
- Прости, мой малыш. - я обратилась к своему неродившымуся ребенку. Он не
должен родится именно у меня. Теперь я убийца, а он заслуживает лучшего. Тогда я уже знала, что буду делать. Я
написала записку, в которой созналась во всем. Я извинялась перед Олегом и просила, чтобы квартиру
