разрешения на строительство, многие годы постепенно ветшал. Полностью возведённые, но так и не облицованные здания уже не могли стать домом для тех, кто вложил в них свои деньги. Сергей свернул к одному из незаконченных коттеджей. Рядом с ним не было фонарей, а небо покрывали тучи, поэтому разглядеть что-то в окружающей тьме не получалось. Сергей, тихо сказав Саше: «Жди здесь», прокрался в коттедж и какое-то время провёл внутри. Вскоре он включил имевшийся у него фонарик и позвал девочку. Внутри было не лучшее место для ночлега: грязные бетонные полы, на которых не раз спали лица без определённого места жительства. Сейчас их здесь не наблюдалось, и поэтому вопрос с ночлегом был решен. Сергей надул пляжные подушки, одну из которых отдал Саше, выбрал место почище и улёгся прямо на пол, подложив вторую подушку себе под голову. Девочка последовала его примеру и легла неподалёку. Сергей выключил фонарик. Спать на полу было жутко неудобно и, несмотря на лето, холодно. Впрочем, Сергею приходилось не раз ночевать и в худших условиях, не имея даже подушки. Он не знал, выдержит ли подобное девочка, но, на его взгляд, это место было оптимальным с точки зрения безопасности, а именно безопасность сейчас являлась определяющим критерием его действий. Поначалу сон не шёл к Саше. Она сжалась в комок и просто лежала с закрытыми глазами. В конце концов, она всё же уснула. Проснулась она опять посреди ночи и опять в холодном поту. Сердце бешено колотилось, и девочка села. Почти сразу после этого ей в лицо ударил свет фонарика, и она увидела, что Сергей держит её под прицелом пистолета. Спустя долю секунды он направил и фонарик, и пистолет в сторону, быстро осматривая помещение. – Всё нормально? – закончив беглый осмотр, спросил он у Саши. – Да, просто кошмар приснился, – ответила девочка. – Спи, – Сергей погасил фонарик. – Тебе снятся те, кого ты убил? – немного помолчав, спросила Саша. – Я не запоминаю сны, – последовал ответ. Саша улеглась обратно, пролежала какое-то время, вглядываясь в темноту, и очень тихо, так, что даже Сергей её не услышал, прошептала: – Я бы тоже хотела их не запоминать. Ночью прошёл дождь, и пришедшее ей на смену утро было пасмурным и угрюмым. От сырости и холода у Сергея заныли старые раны, но он старался этого не замечать, приняв свой привычный невозмутимый вид. Девочка тоже выглядела так, будто всё нормально. По крайней мере, она ни словом не обмолвилась о ночлеге, и Сергей
