Долго не думая, Итан начал просмотр. Запись велась в достаточно большом помещении с белоснежными стенами и такими же полом и потолком. Пол покрывала прозрачная полиэтиленовая плёнка. По углам виднелась знакомая аппаратура. У одной из стен, ближе к видеокамере, стояла Саша, а рядом с ней – здоровенный вооружённый охранник. Примерно по центру комнаты находился заросший мужчина в белом больничном халате, затравленно озирающийся по сторонам. На его руках и голове виднелись какие-то датчики. Неподалёку от него был ещё один охранник, в руке у которого вырисовывался пистолет. – Я ведь говорила, что не умею воскрешать людей! – глядя куда-то в полоток, воскликнула девочка. – Зачем вам его убивать?! – Работаем по протоколу, – откуда-то сверху прозвучал бесстрастный голос. – Отказ от сотрудничества будет иметь известные вам последствия. – Хорошо, хорошо! – Саша стиснула зубы. – Я готова. По неслышной команде охранник с пистолетом выстрелил заросшему мужчине в лоб. Тот как-то неестественно дёрнулся и свалился на спину. В тот же миг Саша сорвалась с места, подбежала к лежащему мужчине, от затылка которого расплывалось кровавое пятно, и закрыла ладонями пулевое отверстие в его лбу. Прошло несколько секунд. Мужчина опять дёрнулся и судорожно вдохнул ртом воздух. Девочка отпрянула от него и вернулась туда, где недавно стояла, а мужчина подскочил на ноги и метнулся к видневшейся в противоположном конце комнаты двери. Находившийся рядом охранник ловко поймал его, ударом в живот остудил его пыл и вернул бедолагу в центр комнаты. – Эксперименты опровергают голословные утверждения, – послышался бесстрастный голос. – Он ещё не умер, – холодно отозвалась Саша. – Одна минута, – сообщил бесстрастный голос. Здоровенный охранник возле Саши достал секундомер и положил правую руку девочке на плечо, а охранник с пистолетом снова выстрелил несчастному мужчине в лоб, и на месте недавно затянувшейся раны появилась новая. Однако сейчас Саша не побежала на помощь. Она вынуждена была смотреть, как застреленный мужчина неподвижно лежит в собственной крови. С выстрела прошла ровно минута – и здоровяк отпустил девочку. Та стремглав бросилась к умирающему и повторила процедуру излечения, в её конце вскрикнув от боли. На этот раз заросший мужчина не попытался сбежать. Он посмотрел вслед Саше с какой-то обречённой тоской во взгляде и что-то прошептал. – Три минуты, – послышалось сверху. Снова выстрел, секундомер, неторопливо
