вопрос, замечу, что тебя держат здесь отнюдь не потому, что нам нравится причинять тебе боль. Наша цель – защита себя и других людей от опасностей, которые ты можешь для них представлять. Значит, мы поступаем правильно? – Боюсь, что вы лжёте, возможно, даже самому себе, – спокойно сказала девочка. – Истинная причина куда прозаичней: деньги. Не так ли? Евгений точно поперхнулся. Хотел что-то возразить, но просто не смог. А Саша продолжила: – Причинять другим боль ради денег не многим лучше, чем причинять боль ради боли. Так что моё утверждение относительно моего пребывания здесь остаётся без изменений. Можете не утруждать себя поисками логических нестыковок. Я здесь сравнительно давно, и у меня было время обдумать этот вопрос. Психиатр просидел какое-то время молча. Он явно не собирался заканчивать обсуждение этого вопроса вот так, и к нему в итоге пришла «светлая» мысль, которую он и озвучил: – Хм, ты понимаешь, что деньги в современном мире являются эквивалентом материальных благ, без которых человек просто не сможет выжить? Будешь ли ты, к примеру, осуждать льва за то, что он загрыз антилопу? – Ваш пример некорректен по двум причинам. Первая: у всех, кто на мне зарабатывает, хватит денег для выживания и без моего присутствия здесь. Вторая: у льва нет альтернатив, он не может питаться солнечной энергией, к примеру, тогда как существует огромное число способов заработать деньги, не причиняя страданий людям. – Ну а как насчёт такой причины: исследование тебя может принести огромную пользу всему человечеству? – Для этого необязательно запирать меня в подземной лаборатории. Я согласна содействовать в изучении самой себя и даже участвовать в анализе получаемых данных, но мне бы хотелось делать это по собственной воле, а не потому, что мне не оставили выбора. Но ведь тогда у тех, кто держит меня здесь, было бы меньше денег. Вывод очевиден. Евгений снова взял паузу. Мрачно улыбнулся и спросил: – Сдаётся мне, ты считаешь, что животные ведут себя правильней людей? Не потому ли, что животные не делали тебе больно, а люди – делали? – Нет. Просто в животных нет того зла, что есть в некоторых людях. – Думаешь, этих некоторых людей можно считать однозначно злыми? – Я убеждена, что во всех людях есть частичка доброты, но порой она запрятана так глубоко, что уже нельзя вывести её на свет. – Ага, а в животных этого самого зла нет? А как же всё тот же лев, убивающий львят
