направились назад. Побледневшая девочка молча шла за дьяволом. Поднявшись на свой этаж, они приблизились к её номеру. Амон толкнул закрытую дверь. Замок щелкнул, и она распахнулась, приглашая внутрь. Пёс радостно кинулся навстречу, виляя остатками хвоста, припадая передними лапами к полу, подвизгивая от восторга. Амон кратко рявкнул: — Вон! — и указал рукой на приоткрытую дверь соседней комнаты. Пёс покорно опустив голову, поджав хвост, понурившись, поплёлся прочь из гостиной. Амон повернулся к стоявшей в дверях девочке, мотнул головой приглашая зайти в номер. Как только она переступила порог, дверь со стуком закрылась. Сам собой повернулся замок. Девочка выжидающе посмотрела на Амона. Но он её взгляда не заметил, так как стоял спиной, разглядывая что-то в окне. Шум проезжающих под балконом машин наполнил тишину. Не поворачиваясь, Амон пригласил: — Подойди ко мне. Подчиняясь, девочка медленно подошла к нему. Амон рукой указал на летящие машины и спешивших, куда-то людей. — Посмотри на них, сколько в них равнодушия. Разве они заслуживают этого... Девочка вскрикнула. Побледнев ещё сильней, она смотрела на свою правую руку рассеченную от локтя и до запястья. Дьявол, проделал это так молниеносно, что девочка не успела проследить взглядом за его движением. Резкая боль и потоки крови заставили её пошатнуться. Дьявол все ещё держал окровавленный кинжал в руке, по которому пробегали маленькие искры. Из раны, кровь потоком устремилась по руке вниз, заливая паркет, образовывая лужу. Из вскрытой артерии она быстро покидала тело. Перед глазами девочки всё поплыло, в ушах зазвенело. Слабея от потери крови, девочка попыталась вникнуть в слова, которые говорил Амон. В глазах потемнело. Потеряв сознание, она упала, но последняя фраза дьявола все-таки достигла её сознания, «Кровь смоет милосердие, которое я оказал по твоей вине». Амон склонился над лежавшей без сознания девочкой. Кровь всё ещё струилась из глубокой раны. Дьявол убрал кинжал в ножны и опустил руку на рану. Возникший яркий свет между рукой Амона и рукой девочки, померк. Когда Амон выпрямился, уже ничто не напоминало о расплате за оказанное милосердие. Как он и обещал, даже шрама не осталось на месте раны. Девочка по-прежнему лежала без сознания. — Спи, — приказал Амон. Отнес её на кровать. После его слов обморок перешёл в сон. Светлана перевернулась на другой бок, глубоко вздохнув, уснула. Прошло несколько часов, когда шум в
