изменения. Теперь что-то хищное, проглядывало в нём. — Смотри, — сказал Амон, приподнимая кончиком кинжала верхнюю губу жертвы. На верхней челюсти, удлиняясь и оттачиваясь, вырастали клыки. Остальные зубы так же стали намного острее. Дьявол бросил взгляд на оковы, и они спали, освобождая руки прикованного. Парень открыл глаза, огляделся как после глубокого сна. Амон повернулся к девочке: — Пойдём. Дальше им займутся другие… Тут Амон оборвал себя, обратив внимание на руку девочки. Она с интересом посмотрела туда же, что его там могло заинтересовать? Ей не пришлось долго ломать голову. Было всё ясно, руны вокруг клейма Амона опять светились ровным красным светом. Печать наложенная Дорном требовала к себе внимания. — В нашем полку прибыло, — сообразил Амон. — Печать требует должного почтения к себе и к особе на которое оно возложено. Что-то, приказав новоиспеченному вампиру, Амон подтолкнул его к девочке. Тот, подобострастно приблизившись, упал на колени. Не ожидавшая этого, она дернулась было в сторону, но Амон успокоил: — Не бойся, он ничего тебе не сделает. Протяни ему руку с печатью. Она подчинилась и с опасением протянула вампиру руку. Тот с выражением восторга и даже, какого-то экстаза на лице, прикоснулся губами к горевшим рунам. Печать померкла. — Теперь, — сказал Амон, отшвыривая вампира в сторону. Тот всё ещё восхищенно созерцал клеймо. — можем идти. В молчаливом согласии, Светлана поспешила к выходу из подземелья. Бесконечный подъём кончился, и девочка с наслаждением вдохнула сухой и свежий воздух холла. Стена встала на прежнее место, закрыв лестницу, ведущую в подземелье. Амон жестом указал на второй этаж, сам же скрылся в дверях первого зала. Светлана не думала спорить. Этот день, начавшийся в монастыре и заканчивающийся во дворце, принёс слишком много впечатлений. С желанием добраться до своей комнаты и лечь в кровать, отбросив все мысли и воспоминания, она поднялась на второй этаж. Не обращая внимания на льнувшего к ней пса, закрыла дверь, оставив за порогом переживания выпавшие ей за истёкшие сутки. Знакомый голос довольно грубо выдернул её из глубокого сна. — Вставай! Кончились каникулы, начались будни. Не совсем проснувшаяся Светлана лежала не в силах открыть глаза. Что-то нежное и влажное прошлось по лицу. — Амон, уберите пса, — простонала девочка, отталкивая это любвеобильное создание. — И дайте поспать. Солнце, наверное ещё не встало. — Как же, не встало,
