вознаграждение! — величественно произнёс Амон, — Мы умеем держать слово. Не обращая внимания на лежащую у ног сумку, волнуясь, священник спросил: — Я, я не понимаю. О каких душах вы тут говорили? Светлана, он не опекун? Кто же он тогда? Амон усаживая девочку в машину, обернулся. — Дьявол, — сверкая клыками, усмехнулся он. — Что за шутки! — возмутился священник. — Сейчас полицию позову! Не смейте увозить девочку! Нарочито сильнее припадая на ногу, Амон приблизился к священнику. Стиснутая с двух сторон людьми Амона, Светлана могла только наблюдать за происходящим в зеркало заднего обзора. Встав рядом со священником, Амон осмотрел его снизу доверху. — Не суетись, — тихо, сквозь зубы процедил он. — Бери деньги, пока я добрый и вали отсюда, а то ещё не доживешь до одежды епископа. Дьявольщина! Мне даже мараться о тебя не хочется, до того всё это мерзко и гадко. До свидания священник, мы ещё встретимся, — зло осклабился Амон, — на другом уровне, и в другом мире. И сутана епископа не поможет тебе. В ужасе, священник поднял руку с явным намерением перекреститься. Со свистом кинжал рассёк воздух и остановился у горла священника. — И не думай даже, — прошипел дьявол. Потрясённый отец Антонио, увидел, как жёлтыми звёздами вспыхнули глаза дьявола. Высоко в небе, зигзагом очертила дугу молния, осветившая на мгновения бледным светом, лицо демона. Осветила, и снова обступила тьма. Это мгновение навсегда запечатлелось в памяти священника, машинально он снова потянулся перекреститься. Острие кинжала подалось вперёд и кровь зазмеилась по искрящемуся лезвию. — Руку отрежу, — злобно предупредил дьявол и словно в подтверждении слов издали, накатываясь и надвигаясь, пророкотал гром. Священник замер не только потому, что боялся увечья, страх и ужас сковали его оковами более крепкими, чем железные. — Уже лучше, — отступив на шаг, заметил Амон. Глумясь, с издёвкой заявил: — Правильно делаешь. Глобально мыслишь. Какой же будет из тебя епископ без правой руки? Береги её, иначе, как будешь благословлять людей? Не делай глупостей, иначе пожалеешь. Видя, что священник молчит и не двигается, Амон вложив кинжал в ножны, развернулся и хромая направился к автомобилю. Открывая дверь рядом с водителем, бросил последний взгляд на оставленного отца Антонио. Тот попытался перекрестить лимузин издали. Пробормотав проклятия, Амон посмотрел ему в глаза, щёлкнул пальцами. Глубоко вздохнув, священник замер и не
