который явно начал свирепеть, поспешил уточнить: — Надеюсь не в проигрыше? — О, нет, — Амон внезапно успокоился, цинично осмотрев с головы до ног Светлану, доложил: — Я думаю, буду больше иметь, чем со зрелища, подыхающего дельфина. — Ну, что ж удачи… Светик, а что ты тут удивлялась? Мне послышались слова «не может быть». Тут, у нас и «не может быть» - невероятно! — Амон утверждает, что видел куда стрелял, но акулы были под водой. — Он прав. Он может попасть в любой орган, какой пожелает, в независимости от того видно или невидно. Он ас в своём деле. — В каком деле? — В деле убийства, насилия и так далее… — О! — выдохнула воздух Светлана не в силах что-либо сказать. Теперь-то она поняла, почему Амон всегда вооружён, и как она была близка к тому, чтобы он продемонстрировал своё мастерство на ней. Да, действительно она играла со смертью. Этот дьявол был Дьяволом с большой буквы. — Вы мне дали тему для размышлений. — Каких? — Барон низко склонился над девочкой, стараясь не пропустить ни одного слова. — Я думаю, не стоит его злить, особенно если хочется ещё немного пожить. — Наконец-то, благодаря Барону, Светлана начинает понимать, — проговорил Амон, до этого не принимавший участие в беседе. И приподняв подбородок девочки, заставив посмотреть в глаза, сказал: — Слушайся меня и тебя никто не обидит, и я буду с тобой ласков, насколько это будет возможно. Но не зли, это плохо скажется на тебе и твоём будущем, в смысле твоей жизни. Барон посмотрел на Амона. Злоба снова сверкала в его глазах. — Амон, почему бы не оставить девочку мне? Я смог бы лучше позаботиться о ней, чем ты! — Дорн решил иначе, — Амон с ненавистью «буравил» Барона взглядом. Его рука легла на рукоять кинжала. — Или ты оспариваешь его решение? — Я не участвовал в походе, я был на корабле. Магистр отдал бы её мне. Но ты успел перехватить. Уступи, Амон, а не то… — ТЫ МНЕ УГРОЖАЕШЬ! — зашипел в ярости Амон. Выхватив кинжал, крадучись, медленно двинулся на Барона. — Уж не думаешь ли ты, что можешь со мной тягаться? Ты - рыцарь? Она моя, попробуй, забери! — И попробую! Но тут их остановили. Между ними возник Дорн. — Прекратить свару! — громыхнул его голос. — Кто первый начал? — спросил он. Спросил почему-то у стоявшей в оцепенении Светланы. Та молчала, находясь под впечатлением разборок. Дорн уже мягче произнёс: — Говори, что произошло. И не пытайся обмануть меня! Облизнув внезапно пересохшие губы, Светлана,
