<бр />– Псиа креw! – по-польски выругнулся Славута. Поднявшись в карету, он грузно опустился в кресло и зычно крикнул Енасу:<бр />– Пошел!<бр />Поднялась дубовая, ощетинившаяся стальными шипами герса, опустился подъемный мост над рвом барбакана – и кожаный возок с княжеским гербом на дверце, стуча коваными колесами, понесся по дороге.<бр />Глава XИX. Свидание с прошлым<бр />Возок княгини, поднимая клубы пыли, мчался к Несвижу, мимо девственных рощ и строгих дубрав, мимо полей, покрытых ярко-зеленым ковром нежно-зеленых всходов, мимо болот, покрытых порослью травы, среди которой проплешинами проблескивала ровная гладь воды. Время от времени за окном мелькали деревни: убогие хаты, почерневшие сараи, покосившиеся изгороди.<бр />Смеркалось, когда возок подъехал к Городенам. Вдоль дороги потянулись черные, крытые где соломой, где дранкой, где гонтом, приземистые хаты. Посреди деревни, друг напротив друга, стояли небольшая деревянная церковь и высокий каменный костел.<бр />Наконец карета подъехала к стоявшей на небольшом отдалении полуразрушенному каменному дому, в одном из окошек которого мерцал слабый огонек.<бр />За прошедшие годы здесь почти ничего не изменилось. Все те же стены, поросшие травой, все те же высокие вековые сосны, все тот же пруд, затянутой тиной. Рядом чернела приземистая избушка, из трубы которой валил густой рваный дым – там находилась кузня. Чуть ниже, у ручья, шумела вода и скрипело колесо деревенского млына. Рядом стоял шест, на вершине которого было укреплено колесо – аист свил на нем свое гнездо.<бр />Из дома вышла одетая в посконную рубаху баба с коромыслом и пустыми ведрами. Шлепая босыми ногами по траве, она направилась к покосившемуся колодезному срубу с журавлем, однако, заметив кастеляна, охнула и торопливо засеменила к избе – спустя секунду в доме замелькали огоньки, забегали тени. Славута с минуту разминал затекшие ноги, после чего направился к крыльцу.<бр />Десять лет назад Славута, получив должность эконома в Мирском графстве, дабы его родовой дом окончательно не разрушился, разрешил жить в нем семье местного кузнеца. С тех пор кастелян наведывался в Городены крайне редко – не более двух-трех раз в год.<бр />Прихрамывая на правую ногу, Славута поднялся высоким каменным ступеням. Семья кузнеца – он с женой, две девки на выданье, да парень лет десяти – уже стояли на крыльце, храня почтительное молчание. Ни на кого не глядя, кастелян в сопровождении Янаса прошел в левое крыло дома.<бр />Здесь за десять лет почти ничего
