затворил дверь, задвинул засов и поднялся по лестнице. Солнечные лучи на мгновение ослепили его – Славута был вынужден прикрыть глаза ладонью. Несколько раз вдохнув полной грудью свежий утренний воздух, словно прочищая легкие от зловония и смрада темницы, он направился в барбакан.<бр />Свет в караульную попадал сквозь небольшое стеклянное окно, забранное причудливой кованой решеткой. Внутри стояла печь белой кафли и длинный деревянный стол, за которым сидел Януш и с сосредоточенным видом чистил саблю-корабель. Увидев кастеляна, племянник, как ни в чем не бывало, продолжил свое занятие – лишь быстро отведенный взгляд да учащенные движения руки по блестящей стали выдавали сильное внутреннее волнение. <бр />Славута неторопливо подошел к племяннику и взял из его рук сияющий клинок.<бр />– Сегодня ты в караул не заступаешь.<бр />– Почему? – Януш резко поднял голову.<бр />– Отдохни, – Славута вложил саблю в ножны и поставил ее в угол.<бр />– Я не устал.<бр />В последних словах кастеляну словно послышалось уже забытое за давностью лет собственное юношеское упрямство.<бр />– Я отстраняю тебя от караула, это приказ.<бр />Януш с секунду молча смотрел на дядю, а затем тихо и твердо произнес:<бр />– Что вам надо?<бр />– Дурак! – неожиданно крикнул Славута и с силой схватил племянника за плечо. – На что рассчитываешь? Даже если убежите с ней – далеко уйдете?<бр />– Я люблю ее. Вы ее погубили, я ее спасу. Я все для нее сделаю.<бр />– Ее не спасешь и сам погибнешь!<бр />– Я уже все решил.<бр />– Что решил? Хорошо, вытащишь ты ее. А дальше куда бежать, подумал? Ни до московского, ни до прусского, ни до шведского рубежа вам не дойти. Сапега объявит на вас охоту. Вас обложат как зверя и затравят. День-два, и кольцо сомкнется.<бр />– Я буду защищать ее.<бр />– Что стоит твоя сабля против хоругви? Будешь висеть с ней на одном суку.<бр />– Пусть. Я все равно буду с ней. Не мешайте мне. Прошу, не мешайте.<бр />– Дурак! – произнес в сердцах Славута, но спустя мгновение остыл.<бр />Итак, это все. Он не в состоянии ничего сделать.<бр />– Добро, – тихо произнес кастелян и что есть силы крикнул: – Эй, сюда!<бр />В дверях выросли два жолнера.<бр />– Под арест, на хлеб и воду, впредь до моего личного распоряжения, – бросил кастелян и, уже не глядя на племянника, вышел во двор и направился к возку. <бр />Енас вновь услужливо распахнул дверцу, Славута занес ногу, однако с непривычки споткнулся о подножку и едва не упал, в последний момент успев опереться о кожаный бок кареты.
